— Вставать пора, гостьюшка. Чего разоралась-то с утра пораньше?
— Ты всех так будишь, или мне одной повезло? — интересуюсь хриплым после сна голосом.
Сам горделиво улыбается, будто услышал комплимент.
— К тебе вот — лично пришёл, — ответствует он. — Цени.
Вздыхаю:
— Ценю. Ты как, просто разбудить или ещё зачем-нибудь?
Хозяин академии демонстрирует мне выглаженную форму — точно такую же, как я видела вчера на немногочисленных девушках. От мужской она по большей части отличается наличием юбки до колена.
Вот только от воспоминаний, как я вчера в платье бегала по магическому рингу, меня передёргивает. Тут, конечно, юбка короткая. Поэтому вместо того, чтобы путаться в ногах, будет задираться.
Блеск. Всю жизнь мечтала.
— А что, уважаемый Сам, — начинаю льстиво, — не найдётся ли на мой размер формы с брюками? Премного благодарна за старания, конечно, только у меня после вчерашнего образовалась юбкофобия…
Сам забавно сморщивается, кивает — и тут же меняет одну форму на другую. Вот такой вариант мне нравится куда больше.
— Во всём, что касается учебных принадлежностей, можешь положиться на меня, — объясняет Сам. — Расписание можешь узнать в любой момент, просто скажи «Сам, расписание». Ну и по другим каким надобностям обращайся.
Вспоминаю о том, что делала перед сном.
— А письмо? — спрашиваю. — Можешь родственнице отправить?
— Конечно. Доставим адресату в этот же день.
— Спасибо! — произношу с чувством.
Какая красота: ни о чём не думай, учись себе. Кажется, в этом мире я наконец наверстаю студенческие годы, забитые бесконечными подработками.
Сам довольно ухмыляется — и испаряется из комнаты.
А я тащу себя в ванную.
К моменту, когда я, полностью собранная выхожу в гостиную, меня там уже ждёт брат. Зелёная форма здорово ему подходит, да и на мне неплохо смотрится.
Только Ярослав почему-то хмурится.
— Волнуешься? — ласково глажу его по волосам.
Брат качает головой.
— Просто сон плохой приснился, — отвечает недовольно. — Там всё горело, и мы с тобой тоже.
У меня по хребту почему-то бегут ледяные мурашки. Какая-то я впечатлительная стала. Плохо выспалась, не иначе.
— Ничего, — успокаиваю Ярослава. — Это всего лишь сон. Наверное, переволновался на новом месте. Пойдëм лучше завтракать.
Брат кивает, хотя успокоенным не выглядит. Ничего, к середине дня он об этом сне и не вспомнит.
По дороге в столовую Ярослав хватает меня за руку.
— Ты нашла папино кольцо?!
Странно, что в памяти прошлой Веры это украшение не фигурирует. То ли не знала о нëм, то ли не придавала значения.
— Оно настолько важное?
— Не знаю, — качает головой брат. — Папа… говорил, что отдаст, когда вырасту.
Воспоминание об отце явно навевает мысли о болезненном прошлом. Которые тут же накладываются на плохое настроение. Лицо Ярослава сморщивается, будто он вот-вот заплачет.
— Значит, как он сказал, так и будет! — слегка хлопаю брата по плечу. — Как только станет тебе впору — сразу отдам.
Ярослав улыбается и кивает, тайком утирая слёзы. Приобнимаю его, прижимая к себе. Всё-таки слишком много навалилось на бедного ребёнка в последнее время.
Так, обнявшись, мы входим в столовую.
Завтрак, на удивление, проходит вполне мирно. К нам никто не цепляется, даже не смотрит особо. Сегодня в столовой куда многолюднее, чем вчера: и новички после испытания добавились, и мы вряд ли всех курсантов видели.
Дорога до учебного корпуса тоже проходит мирно. Затем нам с братом приходится разделиться. Младшие курсанты учатся на первом этаже, старшие — на третьем.
Провожаю глазами фигурку брата. Он ведь справится там один, правда?
И поднимаюсь по лестнице на третий этаж.
— Да я бы её в бараний рог скрутил, если б не Нефёдов! — доносится из-за приоткрытой двери знакомый хвастливый голос. Так и знала, что угомонить Прова так просто не получится.
Он сейчас изо всех сил пытается восстановить поруганную репутацию. И для этого ему надо закопать оппонента — меня то есть — как можно глубже.
Плавали, знаем.
И выплывали.
Решительно распахиваю дверь и твёрдым шагом прохожу в аудиторию. Взгляды присутствующих мгновенно прилипают ко мне.
Всего тут человек десять, из знакомых — только Пров и его самый разговорчивый приятель. А что, удобно. Если никого из них вчера в столовой не было, то заливать им можно, что угодно.
В том числе, и мне.
— Приветствую, товарищи, — заявляю громко. — Мне безумно льстит, что моя личность занимает ваши мысли. Однако вам следует спрашивать меня напрямую, а не обсуждать втихую за спиной.