Кристальная Крепость, стоявшая в стойке, изучала Инсигнию взглядом. Выпрямившись, женщина растопырила когти. Ее светящиеся голубые глазницы потухли, шлем раскрылся.
— Вы потратили столько времени на создание МЕХа для тебя, зеленой? — с некой язвительностью в голосе произнесла она. Манера речи не та, что была, когда мы дрались. Тибара тогда, казалось, давала советы, а не насмехалась.
Она тянет время. Однозначно. Двигатели, встроенные в крылья, взревели с новой силой. Пламя столбами вырвалось назад. Инсигния сорвалась с места. Лезвия с лязгом вошли в пылающую землю, вздымая ее вновь. Тибара сомкнула шлем и поспешно рванула в сторону.
— Сзади! — громовой голос Бертоза разлетелся по округе. Я поспешно уклонилась, просто наобум, надеясь, что получится.
Голубое сияние больно ударило по глазам. Сверкающее лезвие с лязгом вонзилось в плечо Инсигнии. Обхватив его обеими руками, попыталась вырвать из себя, но не помогло. Лезвие, окончательно разрубив броню и войдя в сустав, дернулось. Конечность с искрами и скрежетом металла вышла из плеча. Рука моего Стилхарта с лязгом рухнула наземь.
Передо мной, раскручивая на цепях огромные светящиеся кусаригамы, стоял черно-голубой Стилхарт. Узкие плечи, мощные ноги, массивные механизмы на предплечьях, приплюснутая голова с рогами и золотая гравировка в виде цветка во всю грудь. Нейрейн, Стилхарт Цветка Океана. Я стиснула зубы. Что же… Видать, дружба с крестной у меня будет тогда и только тогда, когда мы не вынуждены быть друг другу врагами.
Желтое сияние за спиной заставило меня на мгновение бросить взгляд назад. Сияющая крепость из света и кристаллов разрасталась позади. Механизмы Анубы, покрытые золотом, сверкали в полумраке. Выпрямившись во весь рост, черно-золотой титан сверкнул голубыми глазами и вооружился лезвиями каждой из своих четырех рук.
И Нерейн, и Ануба синхронно рванули вперед, покрепче сжимая клинки. У меня всего одна рука, и защита так себе, при всем желании не смогу отбиться. Нужно валить. Переключив зрение на свое собственное, оглядела внутренности кабины. Дернула за рычаг и провернула его. Питание перестало подаваться во все прочие точки, кроме центрального двигателя. Выбив ногой люк кабины, мысленно включила свою допку и пулей вылетела наружу. Инсигния, грудная клетка которой раскалилась докрасна, взлетела на воздух. Пламенеющий гриб взрыва поднимался в небеса. Ануба и Нейрейн, которые были очень близки к эпицентру, поставили блок. Металл в нескольких местах их тел плавился.
Кубарем покатившись по покрытой копотью и потрескавшейся от жара земле, кое-как призвала молоты и при помощи них остановилась. Топот приближался. Вжав голову в плечи, зажмурилась. Но топочущий Стилхарт пронесся мимо меня. Похлопав глазами, поняла, что это Один. Сорвав со своей спины обе секиры, золотой здоровяк объял топорища пламенем и со всей яростью бросился на всего на мгновения замешкавшихся Кристальную Крепость и Цветок Океана.
Я поспешно взялась за кольца на портупее и потянула их. Мой плащ, внутри которого вшиты тросы, натянулся таким образом, что остался только воротник с пышным мехом и наплечники. Крылья, почти такие же по конструкции, как крылья Инсигнии, распахнулись, выпуская потоки маны. Это одно из двух различий — вместо двигателей мощные магические камни. Пулей сорвавшись с места, покрепче сжала молоты, направляя в оба огромный объем магической энергии.
Замахнуться ими полноценно не получится, так что я решила попросту раскрутиться прямо в полете. Страх высоты сходит на нет, когда точно знаю, куда смотреть, и сейчас все мое внимание сосредоточено на крестной. Нерейн, увернувшись от секиры Одина, вогнал лезвие кусаригамы тому в бок и попытался дернуть на себя. Стоило металлу надорваться в месте удара, как прогремел чудовищный хлопок.
Теневой снаряд ужасающей мощи врезался в плечо Нерейна. Броня разлетелась в щепки, а сам Стилхарт потерял равновесие. Руку попросту снесло, кусаригама осталась вонзенной в Одина. Здоровяк, ногой толкнув от себя нападающего Анубу, вогнал секиру в землю, вырвал оружие Нерейна из себя самостоятельно и бросил в упавшего Стилхарта. Лезвие с лязгом врезалось в сустав второй руки, и титан крестной, что пытался подняться при помощи оставшейся конечности, беспомощно упал наземь. Кабина начала открываться. Все это происходило так быстро, что никто из них даже не думал о том, что я приближаюсь. Когда Даянь заметила, было уже поздно.