Сорвавшись с места, она пулей устремилась в воздух, где многократно изменяла свое положение, оставляя лишь шлейф из маны и призрачные силуэты. Я хаотично дергала глазами в попытках понять, где Даянь окажется в следующий миг, но все безуспешно. Слишком быстрая. Завидев вспышку боковым зрением, попыталась уклониться. Лезвие клинка просвистело совсем рядом с шеей. Она глупит. Механическими пальцами сжала сверкающий клинок и дернула указательным и средним, параллельно слегка поворачивая кисть. Вместе с громкими щелчками механизмов послышался хруст. Лезвие, сломанное у гарды, с тихим звоном упало. Ускоритель на этой же руке разложился, длинные клинки, вырвавшиеся наружу, чуть не задели Даянь. Если бы она не увернулась, наверняка была бы исполосована. Крестная пытается убить меня точным ударом в одну точку вместо того, чтобы драться полноценно. Это сведет ее в могилу. И хоть я только «за», чтобы победить в нашем сражении, это все-таки неимоверно меня бесит.
— Что ж вы все поддаетесь…? — процедила я, гневно смотря на Цветок Океана.
Та, посмотрев на свой сломанный меч, перевела на меня непонимающий взгляд. Все-таки, кажется, сообразив, что ее поддавки меня только раздражают, Даянь собралась драться всерьез. Она рванула вперед, и тут же замерла. Заиндевевшее лезвие вырвалось из ее солнечного сплетения, наискось заходя на живот, а затем, разрывая плоть, вырвалось наружу. Кровь ручьями полилась на обугленную землю, крестная закашлялась, жизнь стремительно угасала в ее глазах. Тело распласталось по земле. Позади нее, сжав в руке промерзший насквозь кривой шип, стояла Рега.
— Она в одиночку почти убила Тибару, а ты с ней в игры играешь, — цыкнула моя соратница уже находящейся на последнем издыхании Даянь. Я разочарованно посмотрела на старшую. Та, подняв ногу, перерубила лезвием конька шею крестной, чтоб не мучалась, а затем добавила: — Это не честный поединок. Это массовое сражение, и тут не место соревнованиям. Победа есть победа. Даже если она достигнута ударом в спину.
— Ладно, — буркнула я, сбрасывая перчатки. Те вновь сложились в молоты, а отделившиеся ускорители закрепились на спине. Не буду тратить заряд без нужды.
Бросив взгляд на Регу, поняла, что она создала себе коньки в качестве дополнительного оружия, а тот шип — всего лишь созданный ее магией инструмент для точного удара в жизненно важные органы. За спиной у старшей кто-то крался. Вспомнив, что произошло в прошлый раз, не раздумывая метнула молот. Ударная часть с размаху врезалась в какого-то НИПа, пытавшегося напасть со спины. Тело буквально размазало весом оружия. Все нутро содрогнулось. Я подавила рвотный позыв, стараясь не думать о том, скольких пришлось похоронить под землей или сжечь заживо той бомбардировкой.
— Спасибо, — поблагодарила Рега, подняла мой молот с размазанного тела и вручила мне. Капли и ошметки органов сыпались с бойка. Скривившись, дернула оружием, чтобы сбросить основное. Достав из кармана сигнальный пистолет, старшая выстрелила из него в воздух. Ракета, оставляя после себя полосу дыма, скрылась в небесах.
Сверху с лязгом упал сложенный Стилхарт, что постепенно принимал гуманоидную форму. Авангардный, с мощной броней на ногах, с зубчатыми лезвиями на коленях и бойками на ногах. Руки тонкие, грудная клетка стреловидная, на голове рог. Система отобразила имя прибывшего титана. Юнико. Грудь, сделанная такой для большего шанса на рикошет, распахнулась, обнажая кабину пилота. Рега, схватившись за сброшенный трос, полезла вверх.
— Поможем Бертозу, — произнесла она, и люк закрылся. Глазницы, походящие на курсор мыши, вспыхнули белым.
Юнико, наклонившись, взял меня в ладонь и посадил себе на плечо. Увидев трубы, что выходят из ключиц и заходят под броню, решила взяться за них, как за поручни. Бросила взгляд на иероглиф внизу интерфейса. Инсигнию я смогу вызвать еще нескоро, часа два-три как минимум нужно ждать.
Делая мощные толчки ногами, Стилхарт Реги разгонялся с каждым мгновением, махи руками в этом ему только помогали. Впереди виднеются Один с Анубой. Броня нашего уже сильно потрепана, одна из рук просто висит. МЕХа Кристальной Крепости же, считай, еще может полноценно сражаться. Бертоз, пока мы разбирались с Даянь, вырвал Анубе одну руку, вторую повредил, из-за чего тот не может ею двигать, и при всех этих повреждениях у здоровяка Тибары все еще две полноценных конечности, которыми тот способен атаковать.