— Удивлен, что ты все еще меня помнишь, — хмыкнул я, закончив изучать взглядом старую подругу.
Помнится, много лет назад мы все за нее, за малолетку, горой стояли. Одного косого взгляда на Терону было достаточно, чтобы навлечь на себя гнев всей гильдии. Но то не мудрено, она была самой маленькой из нас, вот мы и защищали ее, словно младшую сестру, хоть и были те, кто считал, что такой мелочи в Крыльях не место.
— А как не помнить Покорителя Звезд? — усмехнулась Терона и уверенно сделала шаг вперед, разводя руки. — Ну давай, иди сюда!
— Ну-ну, давай без этого…? — взмолился я, но эта тридцатилетняя девица была непреклонна.
Она сама потянула меня к себе и крепко обняла, да так сильно, что у меня ребра затрещали и дыхание сперло. Силушки-то…
— Давай не выделывайся, — запричитала Терона, довольная собой. Прошло несколько секунд прежде, чем она заметила растерянную Тарию, стоящую рядом. Оторвавшись от меня, давняя подруга поймала теперь уже мою бедную дочку. — И тебя, кнопка, я тоже потискаю!
— Ты ее впервые видишь… — закатил глаза, теперь уже сам упирая руки в бока, таким образом демонстрируя свое недовольство.
— Понимаешь теперь, что я чувствовала, да? Я сполна на твоей дочке отыграюсь, старый черт! — злобно улыбнулась Терона, зажимая бедную Тарию. Оная смотрела на меня с мольбой во взгляде. Правда в моем ей оставалось разве что прочитать «смирись». Ну… Такая уж Терона. Она всегда была очень искренней в своих эмоциях, и это она действительно от всего сердца так радуется встрече.
Подойдя к Гольд, я наклонился к уху вампирши и тихо попросил:
— Уведомь, пожалуйста, Латори, что я хочу переговорить насчет членства Тарии в гильдии.
— Поняла, господин Мардук, — кивнула стражница.
II. Звездная Вуаль
Штаб-квартира гильдии за эти годы немного преобразилась. Появилось больше портретов и картин, растений, какие-то украшения, наоборот, пропали, как, например, вазы. Людей тоже заметно прибавилось. Большинство лиц мне абсолютно незнакомы. Кто-то из них меня узнавал, и причину этого я выяснил относительно скоро. В Зале Славы на втором этаже, который служит коридором в разные уголки штаб-квартиры, висел мой портрет. Я его не помню. Видимо, повесили в аккурат после того, как я ушел из игры.
Гольд, передав мои слова нынешнему матриарху, осталась в приемных покоях, и сопровождать нас до зала для аудиенций вызвалась уже Терона. Ну как вызвалась. Просто предложила, а я не стал отказываться. По правилам нас должна была проводить Гольд, но я все-таки не просто какой-то авантюрист с улицы, а когда-то почетный член Крыльев Свободы. К тому же, всегда приятно поговорить со старым другом, и то, что нас провожает именно Терона, хорошо.
Ринта, предыдущий матриарх, которую еще я застал, покинула свой пост из-за непредвиденных обстоятельств в реальной жизни, и гильдия, не получившая никаких наставлений, меняла матриархов одного за другим, и таким образом и без того шаткое положение Крыльев, вызванное в том числе и моим уходом, стало еще хуже. Гильдия, некогда державшая в страхе соседние государства, стала объектом насмешек. Еще двадцать лет назад взятие Кроубурга считалось невозможным, и я помню те бои, в коих принимал участие в лучшие годы. Не могу сказать, что был незаменим, но и отрицать, что делал весомый вклад в боеспособность Крыльев, не стану. Мой уход, как оказалось, заставил некоторых из игроков тоже оставить гильдию и подыскать себе место получше. Словно карточный домик, Крылья Свободы посыпались. Выплаты игрокам становились все меньше и меньше, сильные игроки уходили один за другим. Женщин, способных стать матриархами в силу своих навыков или знаний, тоже почти не оставалось. Латори никто не спрашивал. Ее просто посадили на пост главы гильдии в надежде, что она хоть что-то сможет сделать. И она смогла.
Крылья Свободы восстали из пепла под ее руководством. Да, Кроубург более не считается неприступным, однако Латори уже смогла успешно отстоять город, руководя альянсом всех гильдий города. Некоторые из игроков Крыльев ныне ценятся в качестве наемников. Постоянное участие в осадах и громкое имя Латори привели к стабильному потоку «инвестиций», а следовательно, к росту казны и улучшению выплат.