— Еще столько бы не виделся, — мужской голос, раздавшийся неподалеку, опередил мое приветствие в адрес Ланы. Перевел взгляд на того, кто это сказал. Щуплый мужчина с собранными в хвост сизыми волосами, сверлит меня взглядом своих темно-синий глаз, за спиной виднеются закрепленные на портупее мушкеты. Каймер. Тоже старичок в гильдии.
— Здравствуй, Лана, как ты? — решил ничего не отвечать старому знакомому. У нас с ним отношения всегда были такие, он меня недолюбливал, и, полагаю, после моего ухода его неприязнь стала только сильнее. Впрочем, как это говорится, флаг ему в задницу, пусть считает, что хочет, меня его мнение не заботит и никогда заботить не будет. Лишь бы к Тарии не лез.
— Хорошо, Истлиф просил передать тебе «привет», — улыбнулась девушка, поглаживая своего черного двурога, стоящего рядом с ней. Поставив ногу в стремя, Лана уселась верхом и пришпорила скакуна. Двурог лениво поплелся вперед по улице, стуча копытами о брусчатку.
— И ему! — бросил в след ей, а затем окинул взглядом остальных собравшихся. Каймер, цыкнув, пошел следом за черноволосой соратницей, остальные пока не спешили. Завидев Вавилонию, сложившую руки на груди и наблюдающую за действиями возящейся с Эдем Тарии, пошел к ним. — Доброе утро.
— Привет, пап, — не оборачиваясь, поздоровалась дочка. Как и обещал Даус, сбруя готова. Железный пластинчатый шлем защищает голову уже подкованной силами Апрель кобылы, пышную каштановую гриву треплет ветер, седло закреплено ремнями, плечи сложенных крыльев защищены броней. Тария неуверенно поставила ногу в стремя, схватилась за ручку на седле и не без труда забралась в седло. Эдем зафыркала, потряслась, словно пытаясь поудобнее разместить всадницу на себе, а затем приобняла ее ноги крыльями, чтоб уж наверняка не свалилась. Облегченно выдохнув, Тария улыбнулась во все тридцать два зуба и уточнила: — Точно с нами хочешь? Может, лучше поспать до работы еще пару часиков?
— Да уже не усну, — покачал головой я, мысленно открыл инвентарь и вытащил оттуда запечатанный рог для призыва коня. Протянул его дочке. Если скакун на большом расстоянии, он может и не услышать свист, а вот если подуть в рог, точно услышит, где бы он ни был. — Держи.
— Что это? — похлопала глазами Тария, взяв подарок. Я в свое время планировал еще одного коня себе завести, одним рогом призывал бы Антея, а другим второго, но, как итог, нужды в этом не оказалось, так что чего добру пропадать?
— Для призыва коня. Подуй в него и одновременно погладь Эдем, так привяжешь рог к ней, и она будет прибегать, как только подуешь, — пояснила Вавилония. Скакуна наемницы не видать, будет призывать его уже, как выйдем из города. Те, кто на конях уже сейчас, просто держат их в конюшне гильдии, что, по большей части, никакого смысла не имеет. Разве что в любой момент можно прийти погладить.
Тария выполнила все по инструкции, и мы следующими направились к выходу из города. Остальные догонят. Там я вытащил из кармана свой рог и подул в него. Антей громким ржанием оповестил, что он уже совсем рядом. Оседлав единорога, мысленно открыл карту мира. Фенг находится в Степях, и нам придется ехать к нему в обход территории Каньфии, по границе этого королевства с Империей Дерия, так как мы из гильдии Бригании, и с каньфийцами у нас как бы война, если это избиение вообще можно назвать подобным образом. Как раз неподалеку от форта Крете будем скакать.
Пока разглядывал карту, где уже виднеются иконки ушедших вперед Ланы и Каймера, Вавилония уже успела призвать своего коня. У нее двурог. Черный, с кремовыми гривой и хвостом, с пылающими копытами и с кучей трещин на коже, через которые валит дым. Наделила коня стихией огня. Оседлав его, наемница сказала, что будет показывать путь, пришпорила скакуна и первой рванула вперед, разгоняясь с каждым мгновением до тех пор, пока не стала просто вспышкой пламени где-то вдали. Лишь пылающие следы копыт напоминают, что еще меньше минуты назад Вавилония была тут.
— И она разгонится так же? — покосилась Тария на Эдем, пальцами трепля гриву пегаса.
— Разгонится, а когда наделишь стихией, будет еще быстрее, — кивнул я и пришпорил Антея.
Единорог, сверкнув глазами, бросился рысью по следам скакуна Вавилонии. Последовав моему примеру, Тария заставила Эдем ринуться за нами. Взмахнув крыльями, кобыла рванула за мной, придавая себе ускорение мощными взмахами. Тьма сгущалась вокруг Антея, рог тускло светился, мышцы перекатываются под кожей. Не знаю, чем недовольна Оливия. Да, заразить единорога скверной было, так сказать, скверной идеей, и все же отрицать, что Антей из-за этого стал очень сильным и выносливым конем, глупо, не говоря уже о том, что он такой единственный, и для этой старухи должно быть поводом для гордости, что именно из ее конюшни оказался родом такой красивый и мощный рысак. Но скверна — оружие еретиков и вообще мерзость и гадость, да-да, помню.