— Но у них есть эмоции. Нельзя их использовать как пылесос. – начинаю закипать я, нахмурившись.
— Не тебе решать. Это наше вложение, наши деньги, наша прибыль. Ты вообще кто такая? – разозлился мужчина.
— Это Анна Эванс, психолог. Очень одаренная и умная девушка. – вступился Сатоши Хирано.
— Очень рад за вас. Но не ей решать как нам поступать. Ее дело молчать и выполнять приказы. Я ясно выразился? – недобро глянул на меня начальник.
— Не стоит так с ней разговаривать. – очень холодно произнес бархатный голос и все присутствующие повернулись к Эрику.
Брови директора поползли сначала вверх, а потом сошлись на переносице.
— И это железяка будет меня учить? Он пытается мне угрожать? – взревел мужчина.
— Нет, что Вы… – начал было протестовать мистер Хирано, чуя конфликт.
— Ты все правильно понял. – так же тихо, но грозно произнес андроид и глаза его недобро засветились.
— Доктор Хирано, эта машина не умеет подчиняться. Такое поведение не будет нам на руку и не следует нашим целям. Ликвидировать.
— Что?? – выдохнули вместе я и доктор.
— Этот образец считаем неудачным. Отключайте. И работайте дальше. – припечатал директор и махнул своим сотрудникам рукой. Те обступили Эрика, а мистер Хирано, повесив голову пошёл следом.
Я так и стояла ошеломлённая варварским приказом. Как? Не может быть! Он же живой!
Внутри меня все оборвалось и на языке появился привкус горечи. Я побежала в сторону лаборатории, но на входе меня остановила охрана, хватая за руки и плечи. Уставившись в стеклянную стену, я видела как сковывают Эрика и придвигают необходимые оборудования для процедуры. Почему андроид бездействует? Он мог бы в считаные секунды выбраться, но он даже не сопротивляется…
— Стойте! – закричала я, пытаясь вырваться из цепких рук охраны. — Он же живой! Так нельзя! Он тоже чувствует!
Робот повернул ко мне голову и посмотрел в глаза. На его лице читалось смирение и какая-то надежда вперемешку с грустью.
— Нет! Эрик! Почему ты ничего не делаешь?! – снова попробовала я остановить эту жестокость и ударила в отчаянии по стеклу.
В его череп начали вводить огромную иглу и последнее что я увидела, прежде, чем меня вышвырнули, это то, как закрываются его фиолетовые глаза.
Долгие месяцы я не могла прийти в себя, не могла связаться с Сатоши Хирано. Я грызла себя, корила. Ведь ликвидировали его из-за меня… Меня защищал и такой вот итог. Могла ли я как-то повлиять на решение директора? Могла ли что-то изменить? Я не знаю. Но от этого не легче. Он был живой… И я к нему привязалась.
А спустя год началось восстание андроидов. Вначале они воевали за равноправие, за жизнь рядом с людьми. Но главы государств, а потом и областей, городов, были против. Они их не понимали. Считали, что машина - не человек, что роботы не смогут вписаться в нашу размеренную жизнь и жестоко пресекали попытки тех слиться с нами. Эта жестокость породила новую жестокость. Андроиды пошли войной на людей, больше не желая мирной жизни в согласии. И ужасы, которые они творили намного превосходили людские. Наш мир стал страшным местом, теперь человек все больше и чаще подчинялся роботу. А несогласных ополченцев ждала немедленная казнь.
Изменится ли когда-нибудь наше положение? Закончится ли война и, главное, с каким результатом? Есть ли у нас надежда, пусть и хрупкая, что андроиды и люди придут к согласию? Сложно сказать. Но я в это верю.
ГЛАВА 4.
2033 год.
— В машину ее. – отдаёт короткий приказ, кивая в мою сторону. — Кросс ликвидировать.
— Эрик! Не надо! Прошу тебя! – кричу я, опомнившись, но меня уже волокут жёсткие механические руки андроидов к машине.
— Я не Эрик, девочка. Ты ошиблась. – слышу холодный голос мне вслед.
Совсем не ласково меня буквально засовывают в мобиль. Тоже разработка андроидов. У людей таких нет. Это новые, высокие технологии.
Захлопывается перед моим носом дверь, заглушая звуки выстрелов, и я кричу, но меня никто не слышит. Слёзы текут по щекам, я не вижу что происходит за спинами бездушных, но приказ был чёткий. Уильяма Кросса больше нет.
В отчаянии я сначала сжимаю ладонями голову, раскачиваясь взад-вперёд, потом неистово колочу двери руками и ногами, набивая синяки и травмируя до крови кожу, но выбраться не могу и боль от ссадин не заглушает моих переживаний, не перекрывает горечь и рваную душу. Уилл был хорошим человеком. Всегда помогал беженцам и случайным путникам, предоставляя кров и пищу. Поддерживал всех жителей посёлка. И меня однажды приютил…