на своего дроида, чтобы тот убил её бывшего. - Игорь! Что за детский сад! - начальник был явно разочарован услышанным, - Чего бы она не говорила, дроид не может нанести вред человеку. И никакие визги дамочки не могут спалить плазмокристаллические мозги. - Я тоже так думал, пока не увидел, что было дальше. - И что же? - Истеричка, видимо, и слыхом не слыхивала про три закона робототехники. Она начала методично давить на эмоциональною составляющую. Когда же ничего не вышло, нашла элегантный выход: стала внушать роботу, что её бывший вовсе не человек, а животное! - Что? Что? - старик аж поперхнулся, - Это же бред! - Бред! Но дроиды никогда не отмахиваются от человеческих рассуждений. Такова их натура. Как вы знаете, они обдумывают даже бессмыслицы. - Конечно! Иначе ведь можно запросто проморгать психическое заболевание человека. В данном случае оно очевидно. Так почему же робот бездействовал? - Произошло нечто из ряда вон. Эмоциональное давление женщины по совершенно непонятной причине вызвало рост индексов подстройки. И это при том, что их изменение возможно только на начальном этапе эксплуатации. Они были зафиксированы более двух лет назад! Получилось, что мы наблюдали настоящий психологический кризис. - Кризис? У робота? - Да. Но и это ещё не всё. Процесс роста индексов активировал уже казалось бы отработавшие и удалённые механизмы психики робота. Пошла полная перестройка логических цепей! У людей сходные процессы называют переходным возрастом. К счастью, прошивка основных законов сбоя не дала. Результат вы уже знаете. Стараясь скрыть отчаяние, старик прикрыл глаза рукой. Надтреснутый голос с превеликим трудом выдавил: - Что же теперь будет? - Не знаю, Андрей Николаевич. Я потому и прилетел к вам лично, чтобы максимально скрыть возможные утечки. Боюсь, это может сильно повредить корпорации. - Корпорации? КОРПОРАЦИИ?! - старик вскочил, вскинул сжатые кулаки, - Да, это... это... Побелевшее лицо перекосила судорога. Андрей Николаевич покачнулся и уже безжизненным телом рухнул в кожаное кресло... 2127 год Жара была невыносима. Она выдавила из молодого человека всё. Даже от переполнявшего волнения не осталось и следа. Солнце палило столь нещадно, что казалось ещё чуть-чуть, и город просто потонет в расплавившемся асфальте. Анатоль поймал себя на мысли, что ждёт этого адского события с каждой секундой всё сильнее. В гудящей от перегрева голове то и дело рождались мысли одна кошмарнее другой. Сквозь плывущие перед глазами круги молодому человеку казалось, что обступившие парк небоскрёбы вот-вот рухнут и завалят этот мерзкий кипящий муравейник. Но дома стояли нетронутыми, а спешащие по делам и просто гуляющие, казалось, жары не замечали вовсе. Скрипнув зубами, Анатоль приподнял шляпу, вытер крупные бусины пота и вновь поглядел на часы. Был без минуты полдень. Персональный информатор по-прежнему молчал. Руки страшно чесались, позвонить самому. Но Анатоль не мог себе позволить беспокоить звонком невероятно выгодных работодателей. Невыносимо страдая, он в очередной раз проклял и свою работу, и высокую оценку светил корпорации “Satellite”, и устроенный ими чёртов экзамен, который никак не мог начаться. Ожидание затягивалось. Анатолю уже начало мерещиться, что вызов на экзамен выращенного с разработанной им логикой бионикла просто-напросто пригрезился. Но пластиковая карточка приглашения с выжженными буквами говорила об обратном. Программист с трудом поднялся и прошагал сотню метров по раскалённой площади. У безликого входа в колоссальный небоскреб тут же появилась табличка с запросом. Анатоль приложил приглашение. Но гладкие двери из нержавеющей стали бесстрастным, и в тоже время мелодичным, голосом вновь попросили подождать. Вернувшись на скамейку, Анатоль был неприятно удивлён новым соседством. На ближайшей скамейке обосновалась стайка дошкольников. Их гам и мельтешение выбили последний предохранитель спокойствия. Молодой человек вскочил и громко попросил убраться бузотёров. Притихшая ребятня переместилась подальше от недовольного господина, но возни своей не прекратила. Раздражённый программист тут же мысленно отругал себя за слова в адрес ни в чем не повинных детишек. И устыдившись собственной несдержанности отгородился голографическим экраном виртуальной газеты. Но неугомонные мальчишки тут же позабыли строгого взрослого, и их гвалт вновь ударил по ушам Анатоля. Поняв, что угомонять малышню бесполезно, молодой человек решил углубиться в чтение новостей. Но это получилось плохо. Анатоль попытался сосредоточится, но обнаружил, что вслушивается в ребячью болтовню, а вовсе не вчитывается в новости родной IT-индустрии. Он незаметно перевёл голограмму в режим односторонней прозрачности и начал с интересом наблюдать сквозь газету за разворачивающимся действом. В мальчишеской компании первую скрипку играл вихрастый белобрысый задира. Казалось, он ни секунды не мог сидеть на месте. Громкий командный крик то и дело побуждал дюжину малышей ударяться в очередную шалость. Но спустя пару минут Анатоль выделил из буйной кучи-малы совершенно иного субъекта. Коротко стриженный шатен не бросался, очертя голову в очередную авантюру командира. Сперва он неторопливо размышлял над командой, и только потом осторожно начинал барагозить со всеми. Что получалось у него нисколько не хуже, чем у более резвых сотоварищей. Этот мальчишка вызвал у Анатоля неподдельный интерес. Пускаясь в бесконечные догонялки за электронным стрижом, мальчуган ни разу не споткнулся об разбросанные вокруг игрушки. Его большие серые глаза то и дело с интересом смотрели на совершенно неожиданные предметы. Когда же сквозь невообразимый крик и визг инженер услышал негромкую речь мальчишки, то чуть не упал, поражённый внезапной догадкой. Экзамен уже шёл! Этот маленький бионикл и есть тот самый, что выращен с использованием разработанной Анатолем логики. Пьянящее чувство восторга захлестнуло с головой. Программист тут же забыл и про жару, и про ребячий гомон, и про работодателей. Упиваясь грациозными движениями, вежливой речью и совершенно очаровательной детской улыбкой, Анатоль впал в чувство абсолютного восхищения... Глаза открывались очень тяжело. Действительность хоть и покачивалась, но так же полнилась солнечным светом. Анатоль обнаружил, что лежит на лавочке, а над ним стоит и виновато хнычет вихрастый забияка-блондин. С трудом приподнявшись, программист осведомился: - А что, собственно, произошло? - Простите! Это я! Я нечаянно... Уууу...- и мальчишка зашелся в плаче. Совершенно ошалев от произошедшего, Анатоль поднял глаза. Позади пацанёнка стояло сразу несколько солидных господ. И среди них инженер безошибочно узнал главу конструкторского бюро корпорации “Satellite”. - Лежите, лежите, молодой человек! Сейчас врач вас осмотрит. - Но что произошло? - Ребёнок не справился с управлением электронным стрижом. И птица врезалась вам в лоб. - Но... но экзамен? Тот, мальчишка шатен, он справился? - Шатен? С чем справился? - и господа недоуменно переглянулись. - Погодите-ка, вы пригласили меня на тестирование бионикла, выращенного с использованием разработанного мной логического аппарата. Как я понимаю, это тот мальчик, - и Анатоль тут же увидел малыша, которого обнимала молодая девушка. - Ах, вот вы о чём! Нет, этот мальчик вовсе не бионикл, а самый настоящий хомо сапиенс. Как и все дети в этой группе. - Но экзамен... - простонал Анатоль. - Экзамен выдержан с блеском! И мы вас от души поздравляем! - Но... Но я не понимаю. - Сейчас объясним, - и глава конструкторского бюро подвел к инженеру девушку, только что обнимавшую несостоявшегося робота, - Это - Инга. Бионикл, выращенная по вашей методологии. - Она? Погодите... Но в чем же тогда заключался экзамен? - Экзамен с успехом подтвердил возможность быстрого развития великолепных педагогических навыков. Подумайте только, от этого обормота никто ранее и не мечтал услышать слова извинения, - и глава КБ с удовольствием потрепал белобрысого отпрыска. 2204 год Темнота каменного узилища давила на психику не хуже громадных валунов, заваливших штрек. “Хорошо хоть этот бормочет, - и Георгий с неохотой опять вслушался в бубнёж товарища по несчастью, - Страшно, вот и не затыкается. Пусть гундит. Мне тоже страшно. Но я лучше помолчу...” Рассуждая в этом направлении, Георгий поднялся, зажёг фонарь и двинулся в сторону поваленной вагонетки. - Ну, чего тебе не сидится? - недовольный голос Марка сочился опостылевшей действительностью. Но Георгий не отвечал. Он уселся рядом с поясом, брошенным одним из шахтёров, и начал неторопливо открывать навесные сумки. - Инструменты решил перебрать? Ну, поковыряйся, поковыряйся. Всё равно делать нечего. Ты главное - особо не утруждайся. Кислорода мало. Когда ещё нас окопают... Но Георгий и на это ничего не ответил. С медитативной расслабленностью он крутил в руках железяки, несомненно принадлежащие наладчику киберкомбайна. Холод стали понемногу отвлек от пугающих перспектив. Даже непрерывная говорильня охранника постепенно слилась в неразличимый шум, а затем и вовсе стала игнорироваться сознанием. Пальцы осторожно вытаскивали инструменты, словно наслаждаясь холодной твёрдостью. Жёсткая насечка, как шкура волшебного дракона, совершенно непередаваемым образом ласкала ладони. Георгий вытащил маленькую блестящую отвёртку. И в голове тут же вспыхнул в