Проснулся Толик. Лохматый обхватил себя руками за плечи и стал постукивать зубами.
- Что-то похолодало, замёрз я, - первое, что сказал он, поближе присаживаясь к костру. Потянул к пламени руки и вопросительно посмотрел на меня.
Я лишь сочувственно посмотрел в его сторону и клацнул языком. Что тут говорить, тут слова излишни. Это очевидно, что ему надо хоть во что-то одеться, чтобы не замерзнуть. Того и гляди заболеет, тогда мороки с ним не оберёшься. Есть конечно вариант бросить его, да и не заморачиваться с этой проблемой, но только я не из таких. Не так был воспитан. Не мог я так просто забить на человека. Да и потом, мы нужны друг другу. Мы здесь союзники, единомышленники, однодумы, товарищи по несчастью и сплочены одной целью.
- Толя, дай нож, - попросил я у лохматого.
- Зачем он тебе? - протянул в мою сторону рукояткой нож толик, недоумённо смотря на меня.
- Тапки пора нам сделать, иначе есть огромный шанс разодрать ноги и тогда мы с тобой не ходоки.
Толик со мной согласился, одобрительно закивав головой. Пару минут мы с ним обсуждали сложившуюся ситуацию. Пришли к выводу, что здесь оставаться никак нельзя. Солидарность во мнении: пора найти укрытие.
Теперь всё по порядку. Чтобы не тратить время впустую, Толик вызвался помочь мне в моей затее. Большими пластами мы обрезали с помощью ножа гибкую кору дера, вырезали с неё подошвы, под форму и размер своей ступни. Проделали в них отверстия по бокам. Сквозь эти отверстия пропустили верёвки, которые сделали из лиан и обвязали их вокруг ноги. Получились довольно приличные сандалии в стили древних Римлян.
- А, чего? Ничего себе так, - констатировал Толик, рассматривая у себя на ноге ново смастерённую обувку.
- Ну да. 'Голь на выдумку хитра', - вспомнил я пословицу.
- И не говори, - согласился со мной Толик.
Ставим галочку на пункте - обувь. Сделано! Идём дальше, что у нас по плану. Теперь предстояла задача посложнее, из чего Анатолию смастерить хоть кое-какое подобие одежды. Околеет ведь, голышом бегая по окрестностям. Я вспомнил про убитого нами оленя и поинтересовался у Толи, сможет ли он содрать с него шкуру? И сможем ли мы из этой шкуры смастерить для него одежду. Тот лишь многозначительно молчал, раздумывая моё предложение. Пока он думал, я ещё размышлял, из чего такого смастерить рюкзак, чтобы туда положить остатки мяса, что остались у нас на вертеле. Ведь скоро и покушать пора будет, а в руках же мы не понесём мясо.
Пока я думал и размышлял, мне совершенно неожиданно на плечо опустилось что-то твёрдое и холодное. Я даже не сразу сообразил, что происходит. Повернув голову, чтобы посмотреть назад я замер на месте. Сзади нас стояла незнакомка, держащая в обоих руках по мечу, чем-то напоминающих своей формой самурайские однолезвийные клинки. Кончик лезвия каждого из которых упирался нам в шею.
- Сюрприз, - только и сказал я, памятуя всех богов. Опять баба! Опять с железяками, протыкающими плоть. Везёт же мне сегодня. Просто клуб знакомств.
Я попытался положительный аспект в этой встречи найти. Хорошо, что нас нашла эта блонда мелкокалиберная, а не те жлобы под два метра высотой, которых мы наблюдали на 'Тиграх'.
Девушка была ниже нас на голову, лет двадцати пяти от роду. Длинные белые волосы, заплетённые в пять косичек, уложенных сзади, голубые глаза, правильные черты лица и в военной робе. Роба очень напоминала образец формы пехотинца моей Родины. Такой же пошив: широкие штаны с множеством карманов спереди и с боку, распахнутая куртка и белая майка. Высокие армейские кожаные ботинки, с шнуровкой солдатского покроя. Глаза резал окрас камуфляжа, в котором была роба девчонки. Ядовито жёлтого цвета с синим и красными пятнами. Такого окраса встречать ещё не доводилось.
Она что-то сказала, но слов я не разобрал. Говорила она на непонятном и незнакомом мне языке. По интонации я понял, что она что-то нас спрашивает, но что именно, это вопрос.
Она опять повторила те же слова, как я понял. Только в этот раз она уже говорила более громко и угрожающе. Молчать не вариант. Надо как-то ответить, что ли.