– Так, ты во сколько сегодня освобождаешься?
– Не раньше десяти, Кир, сейчас еще результаты опросов придут, надо хотя бы одним глазком посмотреть, что там. Вдруг что-то срочное.
– Вот и отлично. Устроим дома ужин при свечах, а то ты вся напряжена. Хватит тебе быть такой серьезной, надо бы и расслабиться.
Быстро притянув меня к себе, Кир накрывает меня резким и настойчивым поцелуем.
Его язык скользит у меня во рту, но единственное, что я ощущаю – нехватку воздуха и желание поскорее отдышаться.
Видимо, я так напряжена из-за всей этой предвыборной неразберихи, что совсем ничего не чувствую.
Да, Кирилл определенно прав – надо расслабиться, а то к концу кампании у меня совсем крыша поедет.
Он прерывает поцелуй так же резко, проводит рукой по моим волосам и поправляет одну из сбившихся прядей.
– Значит заметано, Солнышко, сегодня вечером только ты, я и романтика при свечах. Еду закажем из ресторана, ты ничего не готовь. Как раз и насчет свадьбы все решим.
На прощанье Кирилл одаривает меня своей обаятельной улыбкой и что-то насвистывая, выходит из кабинета, небрежно оставив за собой полуоткрытую дверь.
Я устало присаживаюсь на краешек своего рабочего стола и пытаюсь внести определенность в собственные мысли.
Пока ясно только одно – на время предвыборной гонки придется увеличить количество людей, следящих за публикациями в СМИ.
Городские новостные паблики – отдельная головная боль и воплощение чистого зла для любого политтехнолога.
Вот за ними надо бы особо приглядывать, так что, как ни крути, а придется специально выделить для этого задания кого-то шустрого и умелого.
Да, я не просто заработалась, а с головой окопалась в этой предвыборной суматохе.
Но есть и то, что меня беспокоит по-настоящему.
Наша с Киром свадьба, которая должна состояться сразу по завершении предвыборной кампании.
Вот с этим событием у меня, мягко говоря, возникает неувязочка.
С Киром весело и есть о чем поговорить, он очень привлекателен и перед его обаянием невозможно устоять.
Но люблю ли я его?
Скорее, я в него влюблена, но не люблю.
Это разные вещи и влюбленности явно недостаточно для того, чтоб выйти за него замуж.
С определенных пор мне гораздо спокойней от осознания, что любовь в моей жизни осталась лишь в душещипательных песнях из моего плей-листа.
Как так вышло, что я начала встречаться с таким шалопаем, как Парецкий?
Может быть устала от бесконечного однообразия занудных поклонников и захотелось острых ощущений. А с этим наглым и обаятельным красавчиком американские горки обеспечены, ведь никогда точно не предугадаешь, что ему придет в голову.
Но замуж – это явный перебор и лучше нам остаться просто в тех отношениях, которые есть сейчас.
И на что я точно не соглашусь, так это на смену фамилии.
Не то, чтоб я так сильно стремилась до конца своих дней оставаться Доминикой Астаховой.
Но мне заранее становится дурно, как только представлю, что придется доказывать авторство двух десятков научных публикаций по политологии.
К тому же, скоро ровно месяц, как моя фамилия для меня звучит особенно гордо, ведь отныне я – автор учебного руководства по ведению нестандартных политических кампаний.
И на ближайших запланированных пресс-конференциях по случаю выхода долгожданной книги «Скандальный кандидат» мне желательно оставаться под своей фамилией.
Я не хочу ее превращать в творческий псевдоним.
Впрочем, кого я обманываю?
Я абсолютно не хочу превращать свою жизнь в неуправляемый балаган, а значит от затеи со свадьбой все же лучше пока отказаться.
Нам с Киром надо завершить избирательную кампанию, мне – еще немного подумать, а Киру – в некотором смысле повзрослеть.
Остается только придумать, как бы потактичней сказать об этом Кириллу и при этом умудриться подобраться слова так, чтоб он меня услышал.
Глава 2.
Раскалывается голова и совершенно не хочется просыпаться, но сейчас будильник звенит особенно настырно.
Вернее, звенит он как обычно, но с учетом вчерашнего позднего ужина при свечах да еще и с бутылочкой белого вина…