- До скольки работаешь? - выбрасывает жестко без раздумий.
Молчит, не сводя с него огромных глаз. Загнанная девочка, маленькая и трогательная. Обнять, успокоить, для нее он совершенно не опасен. Наверное...
Бэмби стояла перед ним, словно пленница, окруженная магнетической притягательностью. Взгляд его был столь интенсивен, что казалось, будто его глаза могут пронзить ее до самой глубины души, что видимо и делали. Тепло исходившее от него струилось по девичьей прохладной коже, заставляя сердце бешено колотиться в груди, а плечи покрываться мурашками. Каждое движение Кугуара, каждое колебание интонации изначально было каким-то обаятельно авторитарным, словно он был хозяином ее мыслей и желаний, всей сущности в целом.
Ночь давно рассеилась, а Лера не переставала чувствовать, как его власть продолжает стягивать каким-то невидимым, но непреложным оковом. Она пыталась устоять, но близкое присутствие окутывало, заставляя забыть обо всем, кроме этого мужчины, стоящего перед ней и пытающего взглядом. Не забытый тембр голоса завораживал и завлекал дальше в этот опасный, но такой притягательный мир, который он создал вокруг нее, не желая отпускать на волю.
Лера понимала, что не сможет отделаться от ощущения порабощенности, от его власти над ней. Взгляд, сила виделись настолько могучими, что она была готова обреченно погрузиться в этот вихрь чувств, что испытывает прямо сейчас. Разжег костер, пламя сжирает неокрепшее сердце, истязает наивную душу. Осознает себя пленницей Стального, он - непоколебимый владыка, который определил ее судьбу с первого взгляда в проклятом клубе.
- Валерия, я задал вопрос.
Слова словно вывели из оцепенения. Встрепенулась бэмби заметно.
Надо бы мягче, осторожнее, упрекал себя Андрей, да как-то с ходу не готов оказался переключить привычные настройки. Нет такого рефлекса на других, пока только с Алексой выходит. Допустил дальше, чем следовало бы, и эту трепетную лань готов приблизить к уязвимой сути.
- Простите, мне надо работать, - выдавила с трудом первое, что пришло на ум, только бы вырваться из плена невероятно магнетической личности.
Так и оставив без ответа требование, подняла волну ледяную и мощную, обрушила на голову Уимберга, грому подобно.
Прошмыгнула мимо и кинулась почти бегом. Андрей развернулся следом, провожая пораженно. Непривычно кольнуло несущееся сердце. Игнорируя реакции организма и не меняя курса, направился в сторону изначальной цели, продолжая держать отточенный годами контроль.
Бэмби неслась к служебному помещению для отдыха, влетела и обернулась, попятившись, будто ожидания, что за ней погонятся. В груди грохочет, крушит паника.
- Лерка, ты чего?
Взвизгнула, подпрыгивая на месте. Администратор с выпученными глазами смотрел на нее. Стаканчик, с кофе скорее всего, застыл недонесенный до рта. Выдохнула, всхлипнув, и закрыла лицо руками. Села рядом, плюхаясь тяжело на диван, отняла ладони от пылающих щек. В голове яркими слайдами слияние тел. Взгляд, руки подчиняющие своей воле, будоражащие кровь поцелуи. При нем из нее рвется вторая личина, с которой ранее не была знакома. Конечно видела его и раньше, до клуба, а уж там-то и подавно он знаменитость. В гримерке девчонки заохали, заахали, стоило появиться Стальному на парковке, не то, что за столиком с хозяином. А как смотрели, когда за ней пришли и под конвоем вывели. Сдвинув брови, потерла лоб, в желании прогнать боль. Сглотнула и приняла стакан воды из рук админа Кости. Набатом звучали фразы, его, сестры, ощущение, что немного плывет сознание.
- Знаешь что, - смогла расслышать, - домой иди. Дмитрий Павлович заметит умирающего лебедя и тогда мне влетит.
- А как же... - испугалась бэмби.
- Возьму на себя. Палыч не зверюга, да и не заметит даже. Езжай, выспись, покушай, чтобы завтра румянец на щеках и полная сил. Поняла?
Вздрогнула, сказано мягко, по дружески, а ей мерещатся другие интонации. Кивнула соглашаясь. Благо не отправил отпрашиваться к Нестерову. Не потянула бы, непосредственное руководство это отдельный разговор. Бледнеет и краснеет одновременно, стоит Нестерову появиться в зоне видимости. С первой встречи поселился в мыслях и преследовал даже во сне. Улыбка, голос поражали молнией глубоко и основательно. Иногда ей казалось он ее замечает, пристально смотрит, мигом становилось жарко. Присекала глупости романтичной натуры. Нестеров разве может заметить такую как она? Нет конечно. Другое дело Никольская, каждому в спорткомплексе известная. Яркая, красивая, уверенная в себе.