Ненормально гореть от потребности быть к нему ближе и одновременно настолько шарахаться, тонуть в дискомфорте рядом.
А выбора то нет, не ждать же, когда сам за мной придет. Мышкой выбираюсь из ванной, крадусь на носочках в комнату, где брошена моя сумка. Прислушиваюсь к звукам в кухне, перебирая скупой набор, что сунула в попыхах. Обычные хлопчатобумажные стринги, легкий трикотажный сарафан натягиваю, избегая своего отражения в зеркале. А надо бы посмотреть на кого похожа, не совсем ли плохо. Новая порция жалящего стыда, предательский румянец на щеках и безумный блеск в глазах - уверена. Пока не одолели сомнения, иду, Стальной понимал кого забирал из грязного неблагополучного района, сомневаюсь, что удивится, узрев в данном наряде. Стараюсь излучать спокойствие и невозмутимость. Но внутри все трепещет в предвкушении.
Андрей у окна, погруженный в созерцание уличной суеты. Вошла бесшумно, а он каким-то образом услышал, обернулся, взглядом оценивающим, жадным пронзил, будто сканировал мою душу на предмет отклика. Сразу приблизился, взял мою руку в свою, переплетая пальцы интимно, тепло разлилось по всему телу, проникая в каждую клеточку.
- Ты знаешь, чего я хочу, Лера, - прошептал он, наклоняясь к моему уху. - И я знаю, чего хочешь ты. Не нужно больше притворяться.
- Ненуж... - на автомате торопливо выдыхаю, совершенно не готовая, хотя и понимала к чему все идёт, не скрывал изначально.
Стыд, за свое жалкое поведение не отпустит меня наверное никогда, будет грызть. Да почему я такая... Не могу сделать даже то, чего хочу до безумия. Ну просто обнять в ответ и на это не способна.
- Иначе мы загнемся с голоду, - говорит пряча улыбку. - Садись, - отодвигает стул, не отпуская моих пальцев.
Стою приросшая к месту, моргаю, слезы набегают. Мне дико стыдно, легкие сдавливает, губу закусывая, держусь не расплакаться.
На удивление, он моей тормознутости и тупости не раздражается. Мягко за плечи придвигает, усаживает с нажимом. И обнимает со спины бережно, без малейшего намека на интим, как друга или близкого человека. Целует в макушку, словно ребенка.
- Дурацкая шутка, прости.
Горю, кожа всего тела охвачена пламенем. Это не шутка, это я дурацкая... Неправильная, глупая, убогая.
- Сегодня я нас накормлю, в следующий раз ты. Договорились?
Спешно киваю и тем самым, идиотка, бьюсь бестолковой головой ему о подбородок.
- Получи придурок за тупость, - бурчит негромко и усмехается.
Снова обнимает, мигом прикрываю глаза и поддаюсь ласке, наполняюсь от него необходимым.
Тепло его объятий растекается по венам, вытесняя ледяной стыд. Хочется замереть в этом моменте, впитать его в себя, словно губка воду. Боюсь пошевелиться, боюсь, что магия исчезнет, и я снова останусь одна наедине со своей никчемностью.
- Что будешь? - спрашивает, отстраняясь.
Смотрит в глаза с нежностью, от которой щеки предательски алеют. Вот опять...
Сглатываю ком в горле, пытаясь выдавить из себя хоть слово. Пальцы судорожно сжимают край стола. Расставленных передо мной блюд не вижу, картинка плывет.
- Я… не знаю, - шепчу еле слышно.
Этот мужчина безмерно терпелив.
- Тогда доверься мне.
Его спокойствие, словно якорь, удерживает меня от падения в бездну самобичевания. Хочется верить, что я на самом деле достойна этого тепла, этой заботы. Хочется стать лучше, чтобы соответствовать ему. Знать бы еще как.
Глава 18
Лера.
Практически незаметная усмешка касается уголка его губ, предназначенная исключительно для меня. В ней безмолвное обещание, невидимая поддержка, абсолютная уверенность, которую я отчаянно пытаюсь найти в себе. Его пальцы сжимают мою руку, и это прикосновение обдает не очередными терзаниями, а волной ласкового, согревающего тепла, которое так необходимо.
- Пробуем, - тихо произносит, придвинув стул к моему ближе и взявшись за вилку.
Перевожу взгляд на него, тяжело сглатываю, наблюдая за движениями, выдыхаю осторожно. Прожевывая несколько кусочков из салата, не сводит с меня пристального внимания. Теперь вилку подносит к моим губам, с промедлением, подчиняюсь. Сердце срывается, в безумном ритме колотится - угощает и меня с той же тарелки...