Боже... Что происходит... Спиной к себе разворачивает, снова обхватывает затылок, губы следом порабощает, они почти потеряли чувствительность, припухли, сминает, проникает между, ласкает язык. В лихорадке бьюсь безумной. Плохо соображая, поглощенная им, ощущениями яркими, пропустила момент, когда начал стаскивать стринги. Потом вообще край моей вселенной, оставив губы в покое, он опускался следом за бельем, выводя четкую линию по моему телу языком, влажно, горячо, нестерпемо, выгибалась вызывающе и укус...
За ягодицу, сильный, разрывной, заставляет выдать глухой стон.
Вцепилась в стол, удерживаясь в заданном положении, край подола сарафана тянет вверх, сдергивая его с меня, помогаю, вскинув руки вверх и снова цепляюсь за столешницу, чтобы не упасть. Тянет к себе ближе рывком, пальцы неумолимо впиваются в кожу, прогибаюсь в пояснице и получаю дозу кайфа, только от соприкосновения кожа к коже, прижался к ягодицам восставшей плотью. Стоны похожие на скулеж рвутся из груди, я готова молить сделать это со мной. Желаю до помутнения рассудка податься навстречу ему, вжаться в него, а так же видеть сейчас, вдыхать запах, касаться бархатной упругой кожи, очерчивать те самые манящие меня мужские контуры.
Если бы сейчас целовал больше половины пропустила бы, но он касается частыми поцелуями лишь лопатки, жалит выгибающийся позвоночник. Уверенные пальцы снова добираются до сокровенного, они знают что мне надо, где эпицентр бури развернулся. Ступни шире расставляю, позволяя, как бы понукая к действиям, давая четко понять чего я хочу, насколько мне нравится. Вспышками пламени отражается на мне каждая ласка интимных мест. Я оголенный нерв, особенно там, тазовая часть отекшая, тяжелая, жаждущая большего. Стон громкий рвется, распахиваю прикрытые от удовольствия глаза, когда чувствую проникновение, давление. Кажется я сейчас рехнусь, съеду в истерику, цепляюсь крепко, ибо в голове карусель. Через чур насыщенно и ярко каждое прикосновения, откровенный контакт.
С одной стороны он осторожен, с другой не церемонится, окутывает властью, подчиняет, направляет, упивается зависимостью, реакциями. Даже не до конца заполняет женскую суть, а меня накрывают спазмы, сопровождающиеся стонами.
- Лераа... - вторит он мне на выдохе, как чудится в пьяном бреду перевозбуждения, немного с укором.
Сильные пальцы до боли впивается в районе выпирающих косточек.
Будь в своем уме хоть чуть, пристыдилась бы, залилась краской, стушевалась, зажавшись. Но не сейчас! Я не владею телом абсолютно, оно живет своей жизнью, на голых инстинктах прет, почти полностью подавляя разум, получает кайф.
Бесконечно мышцы внутри сокращаются, низ живота скрутило, будто выворачивает мышцу за мышцой. Сумасшествие творится, какой сдерживаться, я сама подаюсь к нему навстречу, врезаемся, от него раздается шипение громкое. Чувствуется огромным, распирающим, застыв пережидает, влажно дыша мне между лопаток. Дав себе отдышаться, но не мне, все между тех же лопаток продавливает ладонью, опуская меня ниже к столу и начинает двигаться...
Сорвало крышу окончательно, я кричала и кричала, с ума сходила, в судорогах билась, пытка не заканчивалась, порою на грани острой боли, в ушах шумело, бесконечно сотрясалась, пока не начала скулить по-настоящему, заливая щеки слезами. Он продолжал размеренно, неторопливо, непостижимо долго врезаться в меня, заполнять, подогревать, превысив давно допустимые нормы температуры.
Я парю в невесомости, он сжимает меня, где я, где он не различаю, мы одно целое, как и свое положение в помещении не осознаю, в пространстве вовсе. Меня продолжает разносить, выворачивать болезненно, до искр по коже и остаткам мозгов.
В какой то момент на пике подхватывает, ощущение полета усиливается, зажмурившись пережидаю бурю, срыв позорный, одновременно отдаваясь, по течению плыву, проживаю сполна каждую секунду близости.
Отголоски продолжают беспокоить измученное тело, мы в постели, я уже начинаю страдать от стыда, страшно открыть глаза. Андрей продолжает обнимать, целовать часто, поглаживать успокаивающе, и вытирать мокрые щеки от ново выступивших капель. Помимо опустошения ненормального, меня позор жрать начинает.
Как теперь ему смотреть в глаза. Развратная, неадекватная, не успел... Судорожный вздох срывается, стискивает обеими руками, прижимая к груди. Не успел, только... Как я уже кончила, громко и позорно. Не представляя, что так возможно, что я так буду, тем более помыслить не могла.