Девочка права, плохая идея, невинно эта помывка не закончится. Не откажет, но будет терпеть, страдая от боли и дискомфорта. Совершенно не хочет, чтобы с ней подобное происходило. Решительно поднялся с постели и направился привести мысли в порядок, немного остудив голову и смыв дурман. Прохладная вода не притупляла эмоции, а наоборот, он помимо всего еще начинал чувствовать вину, колючие факты царапали душу. Уйма принятых без промедления решений напоминали о себе, роем кружили в голове. Подставив лицо под струи освежающей воды, Андрей задержал дыхание. Милая наивная девочка, что ты там внутри зацепила и продолжаешь тянуть, вытаскивая потерянную человечность. Давненько не приходилось сожалеть о поступках, а в таком ключе и не помнит вовсе. Милая, маленькая девочка... Куда тебя, придурок понесло. Выдохнул шумно и выключил воду.
Ей в этом клубе не место и ни в каком другом, сломают и залапают. Поморщился от нелицеприятной мысли, лязгнув зубами, сцепил челюсти, злость накрыла волной, захлестывая с головой. Куда несет... Спешно вытерся полотенцем и вернулся к притаившейся добыче.
Девочка опускала лицо, скрываясь за густыми волосами, смущалась пуще прежнего. Первое, что он сделал, это щелкнул кнопкой. Свет погас, сначала показалось, помещение окутала непроглядная тьма, но просветлело быстро, из не зашторенного окна лился свет. Уличные фонари как раз располагались на уровне второго этажа. Мало того, думал только о своей жажде получить желаемое, так еще даже и не попытался для нее смягчить условия. Оправдание одно. Не мог представить, что она и правда девочка, самая что ни наесть настоящая девочка.
Бэмби осторожно слезла с кровати и торопливо скрылась за дверью, против воли вызывая в нем беспокойство. Шагнул следом, успокоить, смягчить ситуацию, убедить...
Остановил себя, просто дать время и немного пространства, чтобы осмыслить произошедшее.
Бэмби с той стороны стены сползла к полу, прижавшись спиной. В груди колотилось обезумевшее сердце, бесзвучно выдыхала и выдыхала зажимая рот ладонями, запрокинув голову ударилась несильно, отняла руки от губ, давая необходимую порцию кислороду, глубоко вдохнула. Поднялась на ноги и первое, что сделала, открыла кран с холодной водой. Смочила пальцы, поплескала в лицо, взгляд в зеркало, водостойкая, дорогая косметика осталась на месте, купленная специально для работы в клубе. Аккуратно промокнула влажность с кожи, истерика от осознания отступила. Справилась, пусть и временно, позже грызть будет собственное я. Мерзкой, противной, продажной девки. Судорожный вздох рвался, подавила, ступила в душевую, не зная зачем оборачивается, будто преследуют. Легкие скрутило не раскрываются, давится, застывшая прислушивается. Показалось... Отпустил... Видела, чувствовала, не хотел отпускать, желает забрать все, что у нее есть, подчинить... Мурашки по плечам, холодок вдоль позвоночника, вздрогнула от капель воды по телу. Натянутая струна, предел напряжения, каждая мелочь может стать последней, взлетит. Стиснула зубы, держаться.
"Пошла, так иди до конца."
Всплыли слова сестры, часто повторяла, внушала, воспитывала. Убьет... Образно, конечно, говоря. Разочаруется неминуемо... Выдох рваный срывается. Смыла следы преступления, до сих пор ощущая касания сильный рук, требовательных губ, горячего дыхания. Словно отпечатки его пальцев проступали, въевшиеся в покровы следы намеренно оставленные. Метил, забирал, владел со страстью истинного хищника. Прикрыла бэмби веки, перевела дыхание, решительно покинула душевую, обсушившись полотенцем, в другое завернулась.
В голове девчонки все кружилось и не укладывалось в рамки приличий и собственных моральных законов. Смешанные чувства сплетались, образуя двуликую окраску. Неприятное событие и в то же время странное. А он... Первый раз должен быть волшебным, особенным, и был, как не крути магическим, переворачивающим внутренности и понимание окружающего мира. Плакать хотелось, но пока не время. Вроде должна и вроде так и есть, чувствует себя порочной шлюхой, но опять же но. Бунт, несогласие, давили на моральные стороны, топили их в оправданиях. Самое уникальное, незнакомый мужчина лишивший далеко не нежно девственности не вызывал неприязни, он сражал внутренней силой, поджигал ледяными глазами. Переполняли девичью душу стыд, вина, страх не на последнем месте. Терзалась вопросами, как не пыталась их гнать до поры до времени. Правильно ли поступила? Не сделала ли ошибку? Не обрекла ли себя на вечную грязную славу после подобного поступка.