Первая безопасность. Люди свободно перемещаются между корпусами, документы передаются из рук в руки без должного учета. Нужна четкая система допусков, контроль за перемещением секретных материалов. Полуэктов предупреждал об этом еще неделю назад.
Вторая документооборот. В который раз просматриваю жалобу от броневой лаборатории потеряли важные расчеты где-то между отделами. А ведь это только начало. Когда развернутся все направления работы, поток документации возрастет многократно.
Третья координация между подразделениями. Каждый отдел сам по себе, как княжество в княжестве. Нет единого планирования, нет системы взаимодействия. Вчера две лаборатории чуть не поссорились из-за очередности использования немецкого спектрографа.
Я достал чистый лист бумаги, начал набрасывать схему управления. Нужен центральный орган диспетчерская служба, которая будет координировать все работы. Система допусков по зонам режимности. Четкий порядок прохождения документов…
Отдельная головная боль — связь с производством. Наши заводы разбросаны по всей стране, от Ленинграда до Урала. Как организовать оперативное изготовление опытных образцов? Как наладить испытания? Как обеспечить секретность при передаче технической документации?
А еще нижегородская группа. Варвара прислала короткую телеграмму — запустили новую линию. Но как организовать эффективное взаимодействие с ними? Нужен защищенный канал связи, система кодировки сообщений.
Я посмотрел на часы. Скоро десять, время совещания с руководителями направлений. Нужно выслушать их предложения, а еще выстроить четкую систему управления. Без этого весь наш научный городок так и останется набором разрозненных лабораторий и КБ.
В дверь осторожно постучали. На пороге появился Полуэктов, как всегда подтянутый:
— Леонид Иванович, разрешите? По вопросу режима секретности.
— Входите, Георгий Всеволодович, — я указал на кресло. — Подождем остальных.
Полуэктов присел, достал портсигар. В его движениях чувствовалась военная четкость:
— Я тут подготовил предложения по организации режима секретности. Ситуация действительно тревожная.
Я кивнул:
— Понимаю. Давайте дождемся всех, обсудим комплексно.
Следующим появился Величковский, на ходу протирая пенсне батистовым платочком:
— Доброе утро. Надеюсь, сегодня решим вопрос с графиком работы лабораторий? У меня простаивает дорогостоящее оборудование.
— Присаживайтесь, Николай Александрович. Сейчас как раз будем выстраивать общую систему.
Гаврюшин, как всегда с блокнотом, вошел последним. Его обычная педантичность сегодня казалась особенно уместной:
— Извините за опоздание. Разбирался с очередной путаницей в технической документации.
Когда все расселись, я обвел взглядом собравшихся:
— Товарищи, за это время в работе явно обозначились системные проблемы. Предлагаю начать с вопросов режима секретности. Георгий Всеволодович, что у вас?
Полуэктов развернул на столе схему территории:
— Смотрите. Сейчас у нас, по сути, проходной двор. Люди ходят где хотят, документы передаются без учета. Предлагаю разделить территорию на зоны доступа.
Он говорил неторопливо, четко формулируя каждую мысль. Постепенно на схеме появлялись разноцветные линии, обозначающие границы режимных зон.
— А как быть с совместными работами? — спросил Величковский. — Мои сотрудники постоянно взаимодействуют с разными лабораториями.
— Для этого предусмотрим систему временных пропусков, — Полуэктов достал из папки образцы документов. — С четкой регистрацией времени и цели посещения. Причем система допусков — это только начало, — он развернул следующий чертеж. — Нужна физическая охрана объектов, технические средства контроля, специальная связь между корпусами…
Гаврюшин быстро делал пометки в блокноте:
— А как быть с документооборотом? У нас уже было несколько случаев, когда важные расчеты терялись между отделами.
— Вот здесь мое предложение, — он достал толстую папку. — Трехуровневая система учета. Каждому документу надо присвоить уникальный код. Завести журналы регистрации в каждом отделе. Специальные курьеры с допуском для передачи между зонами.
Величковский снял пенсне, близоруко всматриваясь в схему:
— Позвольте заметить, что это сильно усложнит работу лабораторий. Нам иногда нужно оперативно согласовывать результаты испытаний.
— Для этого предусмотрим упрощенную процедуру, — ответил я. — Но только для документов с грифом не выше «Секретно». Все особо важные материалы только по полной схеме.