— Вот директива, — Смородин положил на стол папку с красной полосой. — Проекту присвоен особый статус. Все необходимые ресурсы уже выделены.
Зарубин, который недавно так рьяно критиковал проект, теперь сидел молча, низко опустив голову. Его сосед, недавно возмущавшийся «экспериментальными конструкциями», старательно протирал пенсне.
— От вас требуется, — продолжал Смородин, — обеспечить формальное прикрытие работ по гражданской линии. Документация уже подготовлена.
Он кивнул мне, и я раздал папки с бумагами.
— Но мы же говорили о нецелесообразности… — слабо попытался возразить Кузьмин.
— Вопрос целесообразности уже решен, — отрезал представитель Разведупра. — Ваша задача — обеспечить установленный порядок оформления документов.
Я молча наблюдал, как Кузьмин и его подчиненные изучают документы, то и дело бросая растерянные взгляды друг на друга. Особенно приятно было видеть, как Зарубин, недавно так снисходительно поучавший меня «реалистичному подходу», теперь торопливо подписывает все бумаги.
— Какие-то вопросы есть? — поинтересовался Смородин, когда все документы были подписаны.
— Н-нет, товарищ комбриг, — пробормотал Кузьмин. — Все будет сделано в установленном порядке.
— В таком случае, — Смородин поднялся, — считаю вопрос решенным. Товарищ Краснов, вы можете приступать к реализации проекта.
Выходя из зала, я поймал взгляд Извольского. В его глазах читалось понимание. Мы оба знали, что это была не просто победа в бюрократической битве.
— А ведь неделю назад здесь все было иначе, — тихо заметил Извольский, когда мы спускались по лестнице.
Я только улыбнулся в ответ.
Следующие дни прошли в бурной деятельности. В моем кабинете теперь постоянно толпился народ: военные связисты, инженеры, строители.
Сурин с командой конструкторов уточнял последние детали проекта. Зотов организовывал производство уникальных металлоконструкций. Сорокин колдовал над схемами радиооборудования.
Каждое утро начиналось с оперативных совещаний. От Разведупра к нам прикрепили майора Северцева — худощавого, молчаливого человека с внимательным взглядом. Он тщательно проверял всех участников проекта и организовывал режим секретности.
Извольский часто заезжал, консультировал по военным аспектам. Особенно его интересовала система быстрого развертывания башен в полевых условиях.
Наконец, через неделю подготовительных работ, пришло распоряжение от Смородина. Надо выехать на место будущего строительства первой башни. Предстояло выбрать точную позицию и начать работы.
Ранним утром следующего дня наша группа — я, Сурин, Зотов, Северцев и двое военных топографов — выехала на служебном «фордике» в сторону Владимирского тракта. Нам предстояло заложить первый камень в фундамент новой системы связи страны.
Место для первой башни выбрали в тридцати километрах от Москвы. Небольшая возвышенность у излучины реки. С одной стороны густой лес, с другой — проселочная дорога. Идеальная позиция для начала строительства.
Утро выдалось ясное, прохладное. Легкий туман стелился над речной поймой. Военные топографы уже раскладывали инструменты, делая точную съемку местности.
— Отличное место, — Сурин оглядывал участок профессиональным взглядом. — Грунт подходящий для фундамента, рельеф позволяет организовать удобные подъездные пути.
Зотов, как всегда энергичный, уже размечал колышками площадку:
— Здесь разместим основной лагерь строителей. Тут — склады материалов. А вон там, — он махнул рукой в сторону леса, — замаскируем пост охраны.
Северцев молча делал пометки в блокноте. Его цепкий взгляд контрразведчика уже оценивал все потенциальные угрозы и слабые места в системе безопасности.
— Леонид Иванович, — Сурин развернул чертежи прямо на капоте машины. — Предлагаю начать с глубокого котлована под фундамент. Грунтовые воды здесь глубоко, можно заложить мощное основание.
Я посмотрел на восток, где в утренней дымке угадывались очертания далеких деревень:
— Очень скоро здесь поднимется первая башня. А потом такие же встанут цепочкой до самого Нижнего.
— И это только начало, — тихо добавил Северцев. — Потом пойдут другие направления. На запад, на юг…
Топографы закончили первичные замеры. Один из них, пожилой сержант с седыми висками, подошел с планшетом:
— Товарищ Краснов, первичная съемка готова. Местность идеально подходит для башни такой высоты.
Сурин уже делал расчеты на листе бумаги:
— Если начать работы через неделю, к концу осени успеем заложить фундамент. И сразу можно начать монтаж металлоконструкций.