В коридоре послышались шаги — кто-то из пассажиров шел в вагон-ресторан. Я машинально отметил, как въелась привычка контролировать окружение. Впрочем, сейчас она может пригодиться.
Стал набрасывать план действий. Первым делом — встретиться с Зубцовым, узнать все детали. Потом… Я задумался. У Черноярского наверняка есть противники среди военных. Те, кто понимает необходимость технического прогресса. Надо найти их, заручиться поддержкой.
Нужно подготовиться к техническому совету. Черноярский силен в аппаратных играх, но в технических вопросах послабее.
Я усмехнулся. Мышкин сообщил, что на одном из заседаний он давал путаные объяснения принципа работы двигателя.
Достал еще один блокнот, с особыми записями. Кое-что из прошлой жизни может пригодиться. Например, опыт борьбы за уральские активы. Тогда тоже казалось, что ситуация безнадежна.
Промелькнули огни какой-то станции. В купе стало темнее, мы въехали в зону густого лесного массива. Я продолжал делать заметки, выстраивая стратегию.
Первое — техническая экспертиза. Нужно собрать независимых специалистов, которые подтвердят преимущества дизеля.
Второе — военные. Найти тех, кто понимает перспективы новой техники.
Третье — пресса. Если Черноярский готовит статью в «Технической газете», нужно дать ответ. Причем не просто оправдываться, а показать реальные преимущества.
Я вспомнил упрямый блеск в глазах Варвары, когда рассказывал об угрозе проекту. Нет, мы не имеем права отступить. Слишком много вложено в этот дизель, не только денег и времени, но и надежд. Надежд на новую технику, которая действительно изменит расстановку сил.
За окном появились первые огни московских пригородов. Я сложил документы в портфель, заперев самые важные бумаги во внутреннем отделении. Поезд начал замедлять ход. Впереди показались знакомые очертания Рязанского вокзала.
Мысленно я уже в кабинетах ВСНХ, готовясь к схватке. Черноярский силен, но у него есть слабое место, он не верит в технический прогресс. А значит, рано или поздно проиграет.
Массивное здание ВСНХ встретило меня гулкими коридорами и запахом канцелярии, смесью бумажной пыли, чернил и мастики для натирки паркета. По широкой лестнице с чугунными перилами поднимались озабоченные служащие, шелестели бумагами курьеры в потертых тужурках.
Зубцов ждал в условленном месте, у высокого окна в конце коридора четвертого этажа.
— Леонид Иванович, — он понизил голос, нервно оглядываясь. — Черноярский с утра уже дважды заходил в кабинет к Петрову. Что-то готовят…
Я не успел ответить. Из-за поворота коридора появилась высокая фигура в военном френче без знаков различия. Черноярский шел характерной походкой, слегка припадая на правую ногу. Его пронзительные светло-серые глаза с желтоватым отливом впились в меня.
— А, Краснов! — его командирский голос с хрипотцой эхом отразился от стен. — Явился все-таки!
Несколько служащих, спешивших по своим делам, невольно остановились. Черноярский явно стремился создать публичную сцену.
— Как вы смеете, — он надвигался на меня, повышая голос, — морочить голову руководству своими «техническими фантазиями»? Я три войны прошел, знаю, что нужно армии!
Я спокойно выдержал его взгляд. Краем глаза заметил, как Зубцов отступил к стене, стараясь стать незаметным.
— Ваш дизель — это авантюра! — Черноярский почти кричал, его шрам через бровь побагровел. — Вы подводите оборону страны! И я этого не допущу!
Он навис надо мной, высокий, поджарый, излучающий агрессивную энергию. Явно привык подавлять противников командирским напором.
— Борис Всеволодович, — я намеренно говорил тихо и четко, заставляя прислушиваться, — ваш боевой опыт достоин уважения. Но техника не стоит на месте. И если вы не способны понять преимущества дизельного двигателя…
— Да как вы смеете! — его лицо побагровело еще сильнее. — Да я вас…
— Что именно, товарищ Черноярский? — я чуть подался вперед, глядя ему прямо в глаза. — Попытаетесь использовать связи в военных кругах? Или организуете очередную статью о «вредительских тенденциях»?
Он осекся. В его глазах мелькнуло удивление, явно не ожидал такого спокойного отпора.
— Вы еще пожалеете… — процедил он сквозь зубы.
— Возможно, — я позволил себе легкую улыбку. — Но давайте решать технические вопросы технически. На совете я представлю все результаты испытаний. И тогда посмотрим, чьи аргументы весомее.