На первый взгляд помещение казалось пустым. Темнота и отблески фонарей не позволяли всмотреться получше. И Майла включила свет. Яркость нарастала постепенно, и, привыкнув к новым условиям, девушка поняла, что так и не разглядела эту комнату. В прошлый раз ее отвлекало тело друга, из-за чего все вокруг испарилось.
Спальня выглядела очень по-мужски. Она утопала в темных оттенках и буквально «плевалась» брутальностью, нежели комната Майлы. Интерьер гостевой обладал неописуемой мягкостью. Складывалось впечатление, что Миссис Одри хотела девочку, но получился Рейн.
Все, что находилось в комнате друга, источало холод. Светлые стены с черными иероглифами и грубая черная мебель, изготовленная из стали. Конечно, мягкие элементы присутствовали, но это ничего не меняло. Шкаф больше напоминал сейф и был нестандартно массивным. Местами встречались синие элементы декора.
Плотные шторы гармонично стекали с потолка, образуя подобие водопада. На кровати, застеленной синим пледом, лежала белоснежная рубашка и черные брюки. По сторонам красовались маленькие темные комоды, на которых стояли статуэтки и кактусы. Скорее всего, цветы символизировали характер хозяина. Тот самый характер, которого Майла не знала.
Пышный ковер щекотал кожу пяток. Зациклившись на приятных ощущениях, девушка не заметила гирю и больно ударилась мизинцем. Резкие импульсы сковали движения. От пальцев до макушки пронеслись мурашки, а затем боль отдала в голову. Зубы сжались изо всей силы в попытках не выпустить крик страдания.
Желание идти вперед моментально отпало. Развернувшись в пол оборота, застыла и вновь оглядела комнату. У высокого окна стоял знакомый стол с ноутбуком и печатным изданием Playboy. Рейн любил женские рельефные тела и открыто об этом говорил, издеваясь над подругой.
Иногда друг любил подкалывать Майлу, демонстрируя свои мощные бицепсы и идеальную кожу. Он рассказывал, как хотел младшую сестру, чтобы защищать ее, оберегать, а также учить рукопашному бою. Именно в подруге он нашел этот недостаток и делал все для ее безопасности.
— Странно. Почему Рейн не рассказывал о родном брате? — с грустью прошептала Майла, поглядывая на плазму, висящую на стене.
Взглянув на джойстики игровой приставки, девушка решила покинуть комнату. Майле было интересно заглянуть в комнату Джексона, несмотря на риск быть замеченным. Любопытство пожирало сомнения, а когда от того ничего не осталось, миловидная подошла к двери и схватилась за металлическую ручку.
Сделав паузу буквально в пару секунд, она протяжно выдохнула и резко раскрыла дверь. В комнате было темно. Выключатель находился на привычном месте, но свет не добавил красок. Если комната Рейна была мужская, то эта не подавала признаков жизни. Она была пустой, вычурной и мертвой.
Перед глазами появились стены цвета холодного бетона. Возможно, это был стиль лофт, но необычный и слишком леденящий. С другой стороны, возникало подозрение, что хозяин не обжил комнату, поэтому она выглядела так устрашающе. Тени на стенах девушку не пугали, но здесь они дополняли образ заброшенного особняка, кишащего приведениями.
На прикроватной тумбочке стояли семейные фотографии Джексона. Обычно люди улыбаются на снимках, но здесь наблюдалась совершенно иная картина. Они выглядели бесчувственными. Было видно, что парня заставили позировать на камеру.
С особой осторожностью девушка прошла к рабочему столу, где лежали пару учебных книг и тетради. Острый взгляд зацепил единственную светлую фоторамку. Та стояла в дальнем углу, а с нее смотрел маленький мальчик в Рождественом костюме. Ребенок распаковывал подарки с трепетной нежностью и радостью в глазах. Майла вспомнила детство и, утонув в искренней улыбке ребенка, решила запомнить этот момент. Наверное, только на этом фото Джексон был таким счастливым. Только тогда в его лице не было такой грубости.
— Поставь! — раздался твердый голос со стороны двери.
От испуга невысокая девушка подпрыгнула на месте, чуть было не выронила фоторамку из рук. Быстро перебирая пальцами, ей чудом удалось сконцентрироваться и удержать предмет. Через пару секунд рамка находилась на столе, а девушка осторожно поворачивалась к двери. У порога стоял нахмуренный Джексон.