Сколько волка не корми, а он все равно стройный и красивый, подумал мичман Севастьяненко, в упор разглядывая китайского посла. Потому что у волка хороший обмен веществ, а у этого узкоглазого труса — нет. Впрочем, это поправимо. Много-много работы, минимум питания — и будет он не то что худой, а просто тощий. Учеными давно установлено, что самый лучший метод для похудения — веревка, через которую прыгают дети. Надо просто взять ее в руки — и бить тех, кто много жрет.
Команда взятого на шпагу китайского корабля, выстроившаяся на палубе, не производила особого впечатления. Люди как люди, мелковатые, заморенные. В глазах ни малейшего признака знаменитого восточного фатализма и безразличия. Очень боятся, кто-то пытается это скрыть, а кто-то даже и не пытается, испуганно косясь на обвешанных оружием русских моряков. Честное слово, японцы были не крупнее, но куда храбрее и решительнее этого одетого в дурацкую форму сброда и, даже застигнутые врасплох, сражались мужественно. Китайцы же… Такое впечатление, что хребты у них каучуковые.
И офицеры им под стать. Пожалуй, только двое-трое, включая командира «Хай-Чи», пытаются держать форс, но получается у них, честно говоря, так себе. Ну а посол… Впрочем, ему простительно, он вообще человек не военный.
Окинув китайцев еще раз презрительно-скептическим взглядом, Севастьяненко повернулся к со скучающим видом стоящему рядом Трампу:
— Юджин, вы эти воды знаете лучше меня. Скажите, есть неподалеку земля, на которую можно высадить этих олухов?
— Есть, — меланхолично пожал плечами американец. — Примерно в трех милях.
— Куда? — вытаращил на него глаза мичман. Уж кто-кто, а он, только что спустившийся с мостика, был свято убежден, что в пределах видимости ни одного острова не наблюдается.
— Вниз, — Трамп усмехнулся. — Туда им и дорога. И прибудут быстро, если акулы не перехватят.
— Ну, у вас и шуточки, лейтенант.
— Какие шуточки? Я абсолютно серьезно.
А ведь он и вправду не шутит, запоздало сообразил Севастьяненко. До судьбы пленных ему нет дела — он просто не считает их за людей. А с другой стороны, кем их еще после происшедшего считать? Хотя, конечно, за борт — это уже чересчур. Именно эту мысль мичман и постарался максимально понятно донести до американца. Тот в ответ лишь пожал плечами:
— Тогда двадцать миль отсюда. Остров. Вроде бы необитаемый.
— Это хорошо. Проложишь курс?
— Проложу, если надо, — вновь пожал плечами Трамп. Он откровенно тяготился бездельем, и потому охотно брался за подобные мелочи. Севастьяненко обвел глазами китайцев и приказал:
— Кочегаров — в машинное, механиков — тоже. Будем осваиваться. Попробуют саботировать — отправьте их… на три мили вниз. Лейтенант Ненюков, принимайте корабль.
— Слушаюсь, мой адмирал! — лейтенант шутовски бросил руку к козырьку. Среди матросов раздались редкие смешки, однако беззлобные, Севастьяненко уважали не только «старожилы» «Нью-Орлеана», вместе с которыми ему пришлось хлебать соленую океанскую воду, но и новички. Как полагал сам мичман, здесь не обошлось без влияния его людей, но в подобные дебри лезть не собирался. У него и без этого дел хватало.
— А что, — вдруг заявил кто-то из его свежеиспеченных «благородий». — Два корабля — уже эскадра. Получается, и впрямь адмиральская должность.
— Мичман-адмирал, новое звание, — рассмеялся Севастьяненко. — Я подумаю над вашим предложением, господа. А сейчас к делу, к делу.
Китайцев высадили на острове через шесть часов. Слишком долго возились с незнакомыми механизмами трофейного крейсера. Чудом техники его машинное отделение не являлось, во многом напоминая оборудование «Нью-Орлеана», но имелись и отличия, а дьявол — он, как известно, в мелочах. К тому же, как оказалось, уголь на крейсере был… ну, далеко не первого сорта. Как всегда, кто-то у китайцев сэкономил и положил в карман лишние деньги, а кому-то приходилось мучаться. В результате, хотя топить этим углем и было можно, но топки от золы прочистить тоже стоило, и срочно. А этим, похоже, не занимались давно — китайцы считаются работящим народом, но на самом деле вкалывать много и задешево они готовы, только если рядом стоит надсмотрщик с плеткой. Во всех остальных случаях китайцы достаточно ленивы, что, впрочем, роднит их со всеми остальными народами. Ну а так как офицеры «Хай-Чи» не слишком утруждали себя исполнением должностных обязанностей, то и топки корабля выглядели словно печка у нерадивой хозяйки. Словом, времени потеряли довольно много, хотя и заставили чистить их самих китайцев.