Кстати, орудия были японскими, да и сам транспорт тоже. Разве что иероглифы, которыми раньше было написано имя корабля, замазаны. И потрепанный до жути, опытный взгляд легко отмечал наспех заделанные пробоины. Похоже, кораблю приходилось участвовать в бою. Но, несмотря на неказистый вид транспорта, все его механизмы находились в состоянии, близком к идеальному.
Когда корабль завели в порт (это оказалось нелегким делом — сходу освоиться с чужими механизмами не так просто, а оставлять его на внешнем рейде на ночь значило отдать на съедение миноносцам противника), Вирен распорядился выставить охрану — уже темнело. Ну а разгребать содержимое трюмов начали уже утром, и тут артурцам оставалось лишь присвистнуть в изумлении. Трюмы были набиты под завязку, причем всем подряд, и это «все» собиралось явно с бору по сосенке. Тут были и русские, и японские, точнее, британские морские орудия с боезапасом, причем русские, такое впечатление, снятые с «Цесаревича» или другого корабля. Тридцать семь, сорок семь и семьдесят пять миллиметров, как раз те, что были востребованы на суше. Амуниция, винтовки Арисака с патронами, пулеметы, полевые орудия… В общем, все подряд, и довольно много. А еще продукты — почти тридцать тысяч пудов риса и около десяти тысяч пудов муки, медикаменты. В условиях осажденной, практически лишенной связи с внешним миром крепости воистину царский подарок.
Как и было обещано, через сутки «Цесаревич» вновь появился на рейде, и знакомый уже катер лихо подвалил к борту «Баяна». На сей раз Вирен встречал гостя несколько более дружелюбно, вот только поинтересовался, когда они сидели в каюте и пили крепкий, сдобренный толикой рома, чай, нет ли у Бахирева каких-либо бумаг, подтверждающих его полномочия. Тот лишь руками развел:
— Подумайте сами, Роберт Николаевич, какие бумаги? Вы можете гарантировать, что они не будут подделаны? Или что я, на брюхе ползая в тылу японцев, не попаду к ним с этими бумагами в плен?
Логично, черт возьми. Пожалуй, будь здесь эти самые бумаги, это выглядело бы подозрительно. Вирен покивал и поинтересовался, наконец, причинами визитов. На что Бахирев, усмехнувшись, изложил ему ситуацию. И вот тут адмирал удивился еще сильнее.
По всему выходило, что господству японцев на море пришел конец. Если информация об их потерях правдива, то даже кораблей, которые оставались у Вирена, хватило бы для победы. Ну, при некоторой удаче, естественно. Вот только сразу же после того, как британцы передадут Того новые броненосцы, расклады поменяются на прямо противоположные. И сейчас Бахирев предлагал адмиралу план, одновременно и дерзкий, и сулящий в случае удачи немалые перспективы.
По его словам выходило, что у Того нет иного варианта, кроме как отправиться за броненосцами если не со всем флотом, то, во всяком случае, с большей его частью. Причем, очень вероятно, он уже отправился — во всяком случае, броненосцев в районе Порт-Артура Бахиреву не встретилось. Впрочем, как понял Вирен, они и не боялись встречи, был у них какой-то джокер в рукаве. Но, тем не менее, дважды приходили — и оба раза им попадалась только мелюзга, бросающаяся врассыпную.
Кстати, об имеющихся в его распоряжении силах Бахирев предпочитал не распространяться. Сказал только, что они достаточны. С учетом количества японских шпионов в Порт-Артуре, возможно, даже правильно, хоть и немного обидно. А вот план его Вирену понравился — уж больно он походил на те идеи, которые еще не так давно витали в голове самого адмирала.
Если вдуматься, все выглядело достаточно просто. Японцам кровь из носу надо решить две задачи — получить новые корабли и блокировать Порт-Артур. Но разорваться пополам при нынешних потерях им не удастся, хоть головой о стенку бейся. Четыре броненосца и три броненосных крейсера отнюдь не та сила, которая способна успеть везде, притом что на русской базе целых пять броненосцев, а по морю шляется эскадра неизвестного состава, но очень мощная. И это еще если не учитывать, что во Владивостоке аж два броненосных крейсера. Соответственно, у японцев всего два варианта: или всеми силами идти принимать корабли, и тем самым полностью оголять собственные коммуникации, или дробить и без того невеликие силы, выделяя часть кораблей для блокады Порт-Артура, а часть отправлять за все теми же британскими «подарками». Вариант, что японцы решат отправить броненосцы своим ходом, без надежной охраны, и рассматривать не стоило — боеспособность их пока являлась величиной крайне условной. Принять-то корабли несложно, однако чтобы их освоить требуется немало времени, и даже опытный экипаж за сутки-двое с такой задачей не справится.