– «И это я слышу от закутанной в ковер кобылки, пытавшейся пробраться в мой дом?»
Мое возвращение оказалось не таким тихим, как мне бы хотелось. Я всего лишь хотел просочиться в фургончик, и пользуясь отсутствием Графита, наверняка полетевшего к начальству ябедничать на злобного неуправляемого духа, вырвавшегося из глубин Тартара и разнесшего половину Понивилля, накарябать записку с извинениями, после чего встретиться с ним где-нибудь на нейтральной территории. Желательно, хорошо освещенной и с большим количеством пони. Во избежание, так сказать.
Но стелс-поход не удался, и мои навыки скрытности, исправно работавшие в компьютерных играх, в реальности подвели меня с самого начала. Едва ступив на порог, я наступил на волочившееся по земле одеяло, запутался в нем и с грохотом влетел в фургончик, распластавшись на полу, словно одержимый злобным духом ковер, испуганно блестя глазами на хмуро глядевшего на меня Графита. Пегас не спал, сидя на низкой скамейке, и, похоже, поджидал моего прихода.
«Вот и вошел, блин, с помпой».
– «Это не КОВЕР!» – возмущенно завозился я в кольце сильных ног, но Графит не разжимал своих объятий, крепко прижимая меня к себе. В ответ, он только вздохнул и уткнулся носом в мою гриву, своим дыханием вызвав волну мурашек, строем пробежавших по шее.
«Ой-ой! Кажется, эта кобылка и вправду неравнодушна к нему!»
– «Малина. От тебя всегда пахнет малиной» – пробормотал он, по прежнему не отпуская меня и вновь делая глубокий вздох, обдавая горячим дыханием мою гриву и уши. Мурашки на моей шее разрослись до размеров небольших полков и, похоже, уже строили планы по вторжению на спину и бока.
– «Что же ты со мной делаешь, дух?» – жалобным тоном произнес черный пегас, обдавая своим горячим дыханием мое ухо, немедленно занявшееся жаром – «Почему я не могу сердиться на тебя, даже после того, что ты сделала, а?».
Военные действия под моей кожей переросли в полномасштабную войну, захватывая уже не только спину, но и крылья, которые подозрительно зашевелились под укутывающим меня одеялом. «О боги, боги! Да он же запал на нее! Да и она…»
– «А Госпожа, которой я доложил о произошедшем и попросил отстранить меня от этого задания, изволила долго смеяться, и назвала меня глупцом! “Если ты не прав – подойди и извинись перед кобылкой. Если же не права она – все равно, подойди и извинись!”» – судя по тону, процитировал он свою Госпожу.
– «И я на самом деле ощущаю себя последним глупцом! Почему-то в Кантерлоте, вдалеке от тебя, меня словно подменили – я даже не смог внятно доложить кентуриону и Госпоже о том, что же случилось, все время думая только о тебе».
– «Я… Я понимаю тебя» – промямлил я, лихорадочно соображая, что же делать дальше.
– «Так значит, ты тоже…» – кажется, мои слова воспламенили его, словно пропитанный керосином сухостой. Нужно срочно разруливать данную ситуацию, пока она не стала вовсе неуправляемой!
«Блин, но как же это сложно! Кажется, что тело само сопротивляется моим попыткам».
– «Графит» – серьезно проговорил я, ужом выворачиваясь из объятий черного пегаса – «О чем ты говоришь? Ведь я же – дух! Призрак существа, вырванный из глубокой древности. Ты ничего не знаешь обо мне, поверь! Так как ты можешь утверждать, что…».
– «Я действительно ничего не знаю о тебе. Да, мы знакомы немногим больше месяца. Да, мы успели поцапаться с тобой, и ты даже устроила мне взбучку» – отстранившись, проговорил Графит. Похоже, что он, наконец, включил свою голову и попытался мыслить, но выводы, которые он озвучивал, вгоняли меня в полный ступор.
– «Но я ничего не могу с собой поделать! Глядя на тебя, я вижу не «призрак из глубокой древности», а симпатичную, веселую, взбалмошную пегаску, которая похитила мое сердце!»
«Ну все, приехали».
– «Я не знаю, догадывается ли об этом госпожа, но я прошу тебя только об одном…» – медленно подойдя ко мне, он непривычно робко дотронулся до укрывавшего меня одеяла – «… не гони меня. Позволь просто быть рядом с тобой».
Ну и как мне ему отказать, и не чувствовать себя последней тварью?
– «Хорошо» – проговорил я, и тело словно откликнулось на мое решение какой-то странной волной радости и мурашек, вновь проскакавших галопом по всему телу – «Будь рядом. Будь хорошим другом, и однажды…».
– «Обещаешь?»
«А вот хрен тебе» – с легкой грустью подумал я – «Скоро на моем месте будет настоящая владелица этого тела, возвращение которой я уже чувствую всем своим существом. Надеюсь, вы с ней подружитесь…».