Дмитрий не сидел сложа руки. Он начал свою игру, пытаясь предугадать удар противника, перехватить инициативу. Он стал еще более скрытным в делах, часто задерживался на встречах, с которых возвращался мрачным и напряженным. Но с Анной он был другим – его защита стала почти осязаемой, его забота – непривычно явной. Он словно пытался создать вокруг нее кокон безопасности, оградить от той грязи и опасности, которая снова сгущалась вокруг них.
А Орлов ждал. Он понял, что Анна стала для Волкова не просто слабостью, но и источником силы, его опорой. Прямой шантаж или угрозы больше не сработают. Нужно было бить иначе – разрушить доверие между ними, заставить Волкова снова поверить, что все предают, особенно те, кому доверяешь больше всего.
Первые удары были почти незаметны. Неожиданно сорвались переговоры по важному, но не критичному проекту – партнер вдруг пошел на попятную без внятных объяснений. В сеть просочилась незначительная часть маркетинговой стратегии, вызвав легкое недоумение, но не серьезный ущерб. В одном из финансовых отчетов, который курировала Анна, обнаружилась досадная ошибка – не критическая, но неприятная, бросающая тень на ее педантичность. Дмитрий отмахнулся от этих инцидентов – обычные рабочие моменты, стечение обстоятельств. Его вера в Анну, подкрепленная ее отказом Орлову, была сильна.
Но Орлов терпеливо плел свою паутину. Вскоре последовал более серьезный удар. Информация о готовящемся поглощении небольшой, но перспективной технологической компании, которую Волков держал в строжайшем секрете, вдруг стала достоянием конкурентов. Сделка оказалась под угрозой срыва. Дмитрий был в ярости. Он инициировал внутреннее расследование. Круг подозреваемых был узок – доступ к этой информации имели лишь несколько человек, включая Анну.
Именно в этот момент кто-то из старых, «проверенных» топ-менеджеров Волкова, возможно, давно и тайно работавший на Орлова, или просто желающий выслужиться, осторожно намекнул Дмитрию: «Странные совпадения, Дмитрий Андреевич… все эти проблемы начались после того, как Петрова получила такой широкий доступ… Она умна, конечно, но кто знает, что у нее на уме? Деньги нужны всем…»
Дмитрий резко оборвал говорившего. Но слова упали на благодатную почву его старых страхов. Он гнал от себя подозрения, вспоминал разговор Анны о звонке Орлова, ее честные глаза. Но червь сомнения был посеян. Он стал внимательнее наблюдать за ней, снова появились нотки холода в его голосе, дистанция, которую, как ему казалось, они преодолели.
Анна почувствовала эту перемену мгновенно. Его отстранение, его внезапная резкость, его изучающие, колючие взгляды причиняли ей боль. Она не понимала, что происходит. Она пыталась поговорить с ним, но он уходил от ответа, ссылаясь на проблемы в бизнесе. Пропасть между ними снова начала расти, и от этого было еще страшнее, чем от внешней угрозы.
И тогда Орлов нанес решающий удар. Произошла крупная финансовая махинация – со счетов одной из дочерних компаний Волкова исчезла огромная сумма, переведенная на анонимный офшорный счет. Это был удар под дых, грозящий не только колоссальными убытками, но и серьезными проблемами с законом. Расследование, проведенное службой безопасности (где у Орлова, очевидно, тоже были свои люди), дало быстрый и шокирующий результат. Все цифровые следы – логи доступа, IP-адреса, электронные подписи – неопровержимо указывали на один источник: компьютер Анны Петровой. Более того, при негласном обыске ее старой квартиры (куда она так и не вернулась) был «обнаружен» ноутбук с доступом к анонимным счетам и перепиской, якобы подтверждающей ее связь с неизвестными заказчиками. Вишенкой на торте стало обнаружение крупной суммы наличными в банковской ячейке, арендованной на ее имя незадолго до ее «переезда» к Волкову (естественно, все это было мастерски сфабриковано людьми Орлова).
Олег положил папку с результатами расследования на стол перед Дмитрием. Лицо начальника службы безопасности было мрачнее тучи. «Доказательства неопровержимы, Дмитрий Андреевич. Все нити ведут к ней».