Ангелы блуждали по длинным коридорам жилого корпуса, населённого только преподавателями и обслуживающим персоналом. То и дело из-за дверей доносились приглушенные звуки беседы какой-нибудь семейной пары или, что куда более приятно, запахи домашней выпечки. Светлые коридоры были заставлены цветочными горшками, скульптурами и маленькими стальными столиками с вазами. Местные жители ценили растительность и уют. Свет проникал сквозь высокие стеклянные потолки, освещая продвигающиеся по коридорам фигуры. Полине этот пейзаж был до боли знаком, так как за последние четыре месяца она гуляла по этим коридорам с преподавателями десятки раз. С каждым разом её коленки тряслись всё меньше, но вот сейчас она вспомнила, каково здесь оказаться впервые.
Не прошло и сотни лет, как они добрались до высокой дубовой двери с высеченными на ней сюжетами создания мира, обретения ангелами полноправия на небесах, переизбрания высших, возведения поселений и с бытовыми сценами. Мистер Льюис, на секунду замявшись, толкнул дверь своей огромной рукой и пропустил вперёд учащихся. Тео, следуя правилам этикета, пропускал даму вперёд и указывал Полине на дверь. Та слегка заёрзала, но переступила... Нет, от дрожи в коленях она даже порог не смогла нормально перешагнуть. Ноги сделались ватными, и бедняжка уже вытянула руки, готовая поцеловать пол. Она услышала, как треснул ремешок, удерживающий крылья. Те рефлекторно пытались раскрыться, спасая свою владелицу от падения, но это принесло бы куда больше неприятностей в закрытом небольшом помещении. Благо, обладавший хорошими рефлексами Тео успел подхватить Полину за талию. Он облегчённо вздохнул, внутренне радуясь тому, что ремешок на её крыльях был сделан из плотной кожи, поставил девчонку на ноги и подтолкнул её вперёд.
— О, неужели, малолетние преступники, — в центре длинного стола восседал сам директор: он глянул на пришедших поверх узких стеклянных очков в золотистой оправе, делая вид, что не заметил произошедшего. Немолодой смуглый мужчина перебирал бумаги на своём столе. Под его глазами уже проступали морщинки, взгляд казался тусклым и усталым. Он был облачён в сверкающий стальной доспех, подчёркивающий его широкие плечи и крепкую мускулатуру. Доспех чем-то напоминал древнеримские облачения, но был более закрытым и увесистым. За спиной директора блестели его стальные крылья. С годами сталь мутнеет и ржавеет. Под конец своей жизни стальнокрылые уже не могут летать и хвастаться своей недюжинной силой. Крылья этого ангела говорили, что жить и летать ему ещё очень долго.
Сбоку от директора сидел юноша, углекрылый, внешний вид которого Полине был смутно знаком. Парень намеренно не смотрел в их с Тео сторону.
— Здравствуйте, премногоуважаемый мистер Уэствик, — Тео отвесил ему поклон, чем в очередной раз ошарашил Полину, и присел на один из десятка свободных стульев. Стальнокрылая, кивнув в знак приветствия и что-то промямлив, села рядом с ним. Они устроились напротив юноши, и теперь Полина отчётливо видела, как всеми оттенками фиолетового светилось его лицо. Его нос был искривлён и заклеен пластырем, грудь явно перевязана чем-то плотным. А тёмные глаза, которыми он уставился на Полину, пылали ненавистью.
— Это же... — и тут картинки всплыли одна за другой: скрестив руки, они выпивают напитки, его лицо приближается, чья-то рука вклинилась между ними, кто-то кричит о том, как подло поступает этот парень, Тео хватает Полину за плечи и указывая пальцем в сторону Римеля вбивает ей в голову: «Кретинка, о самообороне забыла?!». Помутневший разум Стальнокрылой воспринимает всё слишком буквально и дальше, не раздумывая, она пускает в бой кулаки. Как стыдно было ей сейчас. Ещё и мистер Уэствик, сложив руки, так пристально рассматривал её нелепый халат.
— Ну что ж, Кравцева, начнём с вас, — Полина сглотнула. — Вы почему вчера не посетили мой кабинет? Мадам Долгова очень недовольна вашим поведением.
От сердца отлегло, на такую глупость она легко может соорудить оправдание: