— Я не буду его обижать. Просто хочу помочь, — она выставила ладони перед собой и не двигалась, ожидая реакцию животного. Кот не шевелился. Она начала медленно, смотря на большого кота опускаться к маленькому. Охранник зашипел, мягко, но уверенно приближаясь к Полине. И тут она вспомнила про свои секретные запасы. И понадеялась, что никто их не вытащил.
Её рука юркнула в потайной карман, где она нащупала круглый шуршащий предмет. Конечно, кот вряд ли обратит внимание на звук при таком звонком проливном дожде, но маленький яркий шарик может ненадолго отвлечь его внимание. Полина достала конфету из кармана, которая не сразу, но привлекла его взгляд. Она поводила ею из стороны в сторону, надеясь на то, что охотничий инстинкт животного победит, и швырнула её куда-то в сторону. Конечно, небокот никуда не побежал, но его внимание чуть ослабло. В эти доли секунды Полина неловко, но бережно подхватила маленького котёнка и помчалась в сторону ветеринарного корпуса. Грозный небокот ругался и несколько метров пробежал за ней, а потом прекратил преследование, напоследок издав протяжный вой.
Полина радовалась тому, что обошлась без травм, и отделается может только небольшой простудой. В ветеринарном корпусе её встретила углекрылая студентка со старшего курса и заботливо унесла промокшего котёнка в светлый кабинет. Полину она просила не беспокоиться и идти домой. О состоянии небокота она сможет узнать позже на пробковой доске, куда прикрепляли информацию обо всех животных, пребывающих в небольшой клинике.
Полина, насквозь вымокшая и уже не чувствующая на себе новых капель дождя поплелась обратно в больничный корпус. Она надеялась, что её отсутствия не заметят — все манипуляции заняли не больше часа, процедур в упущенное время ей не назначали, а обед принесут только через пару часов.
Приближаясь к корпусу, она только сильнее уверилась в том, что ничего страшного не произошло. И в том, что она большая молодец: помогла коту, не поранилась сама и защитила раненного Рея от новой встречи с озлобленным животным. Но увидев закрытые окна палаты, она опешила. Может не то окно, или его прикрыло ветром. Но потом она заметила стоящую у окна со скрещёнными на груди руками медсестру. Та сверлила её чересчур строгим взглядом и кивком головы велела проходить через главный вход. Увы, у Полины не было других вариантов.
Она робко толкнула входную дверь, ссутулившись и опустив голову, пошла по просторному коридору к приёмной. Её сапоги оставляли чёрные мокрые следы, следом ручьём стекала вода с металлических пластин крыльев, и что-то покапывало с волос и одежды.
К большому удивлению, в конце коридора она наткнулась не на строгую медсестру, а на Рея в окружении врача, Мистера Льюиса и директора Уэствика.
— Я считаю, нам стоит перевести мистера Гессе на теоретический факультет в связи с обнаруженными нами обстоятельствами, — отрезал директор.
— Уважаемый коллега, я не вижу в этом никакой практической пользы, — мистер Льюис сегодня был особенно вежлив. Он подкреплял каждое своё слово элегантными, насколько это позволяло его телосложение, жестами. — Гессе один из лучших в моём зале. И по словам доктора, он уже давно находится в таком состоянии. А значит можно сделать вывод, что раз он не навредил никому за прошедший срок, то не доставит проблем и в будущем.
Рей с большой белой повязкой на левом глазу был мрачнее тучи. Он сжался настолько, что по росту почти сравнялся с педагогами, на которых обычно смотрел сверху вниз. Его переодели в чистую больничную робу, бинтами перевязали руки и шею. Руки он крепко сжимал в кулаки.
— Это опасно. Ваш подопечный практически ослеп и использует холодное оружие. Я не вижу смысла продолжать этот диалог, мы переводим мистера Гессе. Скажите спасибо, что не в Медицинскую академию, — он начал разворачиваться и собирался уходить, как вдруг Рей сам схватил его за плечо.
— Прошу прощения, мистер Уэствик, — сказал он, отпустив мужчину, и продолжил. — Я думаю, что мне стоит остаться на моей специальности. Дайте мне неделю, и я найду способ как улучшить зрение. Я подготовлю вам отчёт.