Рокотов удалился. Мистер Льюис приказал другим троим парням встать рядом с ящиками, а троим оставшимся стальнокрылам подавать перья. Полина присела на корточки рядом с Тео и ободряюще показала ему большой палец. По команде парни взяли по паре перьев и отсчёт минут возобновился. Полина внимательно смотрела в лицо Тео, чтобы примерно понять, с какого по счёту пера становится тяжело держаться на ногах.
Пять, десять, пятнадцать, а Тео так и не сменил выражения лица. Полина мельком взглянула на других парней — те переступали с ноги на ногу, один крепко сжимал челюсти и пристально смотрел на груз в его руках.
Двадцать, двадцать одно, двадцать два. Один парень медленно сел на колени и сказал, что сдаётся. На лице Тео промелькнула ухмылка, но уже через мгновение сменилась каменной маской.
Двадцать пять, двадцать шесть. Полина видела, как пульсировали вены на его руках, а по лбу стекала тоненькая капелька пота. В её ящике вот-вот кончатся перья, как и в ящике другого стальнокрыла, перья которому подавала Гвен. Она тоже внимательно изучала стойку и выражение лиц стальнокрылов.
На тридцатом пере, на тридцатой минуте, когда вес в руках Тео и его соперника перевалил за полторы сотни килограмм, мистер Льюис приказал закончить. И, медленно развернувшись на месте, Тео сбросил перья в ящик. От такого веса боковая стенка ящика чуть погнулась, так как Тео не смог попасть ровно в открытую ёмкость.
— Ну, аккуратнее, Герц, — заворчал мистер Льюис и повелел Полине и Гвенет занять места рядом с ящиками. Он отпустил Бирмана и его помощника. И теперь в полуосвещённой комнате осталось только четверо стальнокрылых. Тео также безмолвно занял ассистентскую позицию около Полины.
— Начинайте, — снова приказал мистер Льюис.
Тео дрожащими руками протянул Полине два пера. Положив перья в обе ладони, она ощутила их неприлично большой для таких предметов вес. На сегодняшний день наибольшим, что ей удавалось поднять и перенести была студенческая кровать для стальнокрылов, которую её заставили самостоятельно доставить в свою комнату. Разобранная на несколько составных частей, она была упакована в большой ящик, который Полина смирно волокла на спине до своего жилища. Также она предполагала, что сможет поднять лошадь. Но пока не пробовала.
Итак, пять минут, тридцать килограммов в шести маленьких перьевых пластинках. И Полина начала понимать, в чём загвоздка этого состязания. Поднять что-то весом в полтонны и тут же опустить — легко, а вот стоять в статичном положении и чувствовать, как увеличивается вес в твоих руках — сложнее. К десятой минуте, держа в каждой руке по двадцать пять килограммов, Полина уже не радовалась соревнованию, потому что представляла, что ждёт её впереди. Ещё одной проблемой была невозможность прижать руки к телу и распределить вес. Она чувствовала, как постепенно деревенеют мышцы рук.
К пятнадцатой минуте ей хотелось просто закончить это всё. И хоть вес, который она держала, по её нормам был крошечным, и в обычной жизни незаметным, сейчас он невыносимо оттягивал руки.
Двадцать перьев. Время тянулось, как зимняя спячка для стальнокрылов, в которой они не участвовали. Полина повернула голову, чтобы посмотреть на состояние Гвенет. Она выглядела как каменное изваяние и не подавала признаков усталости. И это так взбодрило и разозлило Полину, что на следующие пять перьев она забыла об усталости. Руки подрагивали, казалось, что мышцы в плечах вот-вот разорвутся и лопнут. Но услышав, что им выдают двадцать восьмое перо, Полина выдохнула. Осталось всего два и их отпустят также, как Тео и его соперника.
Двадцать девять.
Тридцать. Мистер Льюис перевернул часы и ногой толкнул третий ящик ближе к парням.
Тридцать один? Какого…
— Держись, ты сильная девочка, — аккуратно добавляя вес в руку Полины шепнул Тео.
У Полины слезились глаза, от обиды и от тяжести, которую держали её уставшие за эти полчаса руки. Сил смотреть на соперницу не было, как и сил продолжать это испытание.
Отказавшись от тридцать второго пера, она свалилась на колени.
— Ожидал от тебя большего, Кравцева, — выдохнул разочаровавшийся мистер Льюис.
У Полины дрожали руки и ноги. Она без сил стояла на четвереньках и не могла сдвинуться с места. Тем временем, Тео собирал перья вокруг неё и теперь аккуратно убирал в ящик.
Потом время ушло из-под власти Полины, и она поняла, что Тео и второй стальнокрыл в два захода уносили ящики обратно во второй уровень хранилища. Гвенет лежала где-то рядом и судя по её дыханию, тоже очень устала.