В то же время я не исключал, что и Али все неправильно понял. Возможно, Мюмтаз не собирался вмешиваться в расследование и, не зная подробностей, просто обрадовался встрече со старым знакомым.
Не желая подливать масла в огонь, я постарался успокоить своего помощника.
— Брось, Али, — произнес я так, будто это действительно был пустяк, — видимо, они хорошие друзья, давно не виделись — на что тут злиться?
Нет, у Али уже все кипело внутри — так просто он не успокоится.
— Я тоже сначала так решил, инспектор. Ну, думаю, Эрджан — полицейский в отставке, наверное, они давненько знакомы. Но тут он отвел нашего шефа в сторонку и что-то ему нашептывать стал. Мюмтаз-бей внимательно его выслушал. Потом повернулся ко мне и жестко так говорит: «Али, Эрджан-бей с адвокатом будут в моем кабинете, приведите туда подозреваемых. Пусть там поговорят с адвокатом». Я попытался возразить, но он и слушать не захотел, только прикрикнул: «Делай, что тебе говорят».
Этого-то я и боялся: «наверху» снова пытались сунуть нос в наше расследование.
— А ты что? — спросил я, скрывая растущую внутри меня злость.
— Что я, инспектор? Сразу к вам пошел. Вы мой непосредственный начальник — как прикажете, так и сделаю.
В этом был весь Али. Иногда он выводил меня из себя своей грубостью и невоспитанностью, но он был бесстрашным. Готов был бороться за свои убеждения с кем угодно и до самого конца. Я не хотел вмешивать его в этот конфликт. Он еще совсем юный. Одна подпись — и карьере конец. Если уж и суждено кому-то пострадать, то лучше это буду я — все равно возраст уже дает о себе знать. Как говорит Евгения, я уже давно мог бы все бросить, и дело с концом.
— Теперь все понятно, — произнес я спокойно. — Ты правильно поступил, Али. Сейчас иди вниз, к подозреваемым. И без моего приказа никого к ним не пускай.
— Адвоката тоже? — спросил он с блеском в глазах.
— Адвоката тоже. Если кто захочет с ними поговорить, пусть дождется меня. А будут настаивать — скажи, что они подозреваются в терроризме — тогда у нас есть право не допускать к ним никого в течение суток.
— Не волнуйтесь, инспектор, — ответил он довольным голосом, направляясь к двери, — теперь к этим двум остолопам я даже самого президента не подпущу.
Я уже собирался выйти, когда зазвонил мобильный. Это была Лейла Баркын.
— Здравствуйте, Лейла-ханым. Как поживаете?
— Здравствуйте, Невзат-бей. Спасибо, все хорошо. В новостях передали, что убили еще кого-то.
Ее неравнодушие было настолько ощутимо, что казалось, его можно потрогать руками. Неужели профессиональный интерес? Или желание выяснить, насколько полиция в курсе относительно совершенных ими убийств?
— К сожалению, это правда, — пока я решил оставить сомнения при себе. — Более того, тело оставили совсем не там, где мы предполагали.
— Увы. Говорят, его нашли возле крепости Едикуле?
— Точнее, у Золотых ворот.
— У Золотых ворот? — повисло секундное молчание. — Porta Aurea… Самые величественные ворота крепостных стен… А монета? Монету оставили?
— Да, кажется, она времен Феодосия.
— Феодосия? Вы, наверное, имеете в виду Феодосия Второго? Золотые ворота построили как раз по его приказу.
— Возможно, и Феодосия Второго. Наверное, мы не разобрали надпись.
— Могу я взглянуть на монету?
Честно говоря, я и сам планировал встретиться с Лейлой. По крайней мере, выясним, при каком императоре была отчеканена монета. Еще хотелось бы понять, почему убийцы после царя Визаса и императора Константина выбрали незнамо какого по счету Феодосия. Это помогло бы нам предположить, где оставят следующее тело.
— Конечно, в котором часу вам сегодня удобно?
— Давайте около пяти у Цистерны Базилики?
— У Цистерны Базилики?
— Да, у меня там встреча в четыре. С вами можем увидеться позже. Я снова расслышал властные нотки в ее голосе — как будто она разговаривала с подчиненным. Повисла короткая пауза — вероятно, Лейла осознала оплошность и поспешила исправить ситуацию:
— Конечно, если вам удобно.
— Мне вполне удобно, — ответил я благодушно, желая развеять ее сомнения. — Увидимся в пять.
Даже завершив разговор, я продолжал раздумывать над тем, могла ли Лейла Баркын быть убийцей. Но сейчас мне предстояло решить другую проблему — не теряя времени, я быстрым шагом направился в кабинет Мюмтаза-бея.