Эти слова больше подействовали не на Эрджана-бея, а на нашего начальника: тот вскочил с кресла, как будто оно вдруг воспламенилось. Теперь он даже сидеть не мог рядом с приятелем — против того были выдвинуты такие серьезные обвинения.
— Что ты стоишь, Невзат? Садись сюда, на мое место, — любезностью он попытался скрыть охватившую его панику.
— Не стоит, Мюмтаз-бей, мне и постоять несложно. Давненько не видели своего друга.
Мюмтаз не уловил иронию или сделал вид, что не уловил.
— Нет-нет, — ответил он, усаживаясь за стол. — Дело, кажется, непростое. Присядь, обсудим все спокойно.
Наконец до него начало доходить. Осознав всю серьезность ситуации, он решил немного поберечься: живут один раз — не потом, а сейчас.
Как только до гостей дошло, что они потеряли расположение Мюмтаза, их веселость как ветром сдуло. Лицо молодого адвоката, светившееся уверенностью, теперь омрачила тревога; померкла и широкая улыбка Эрджана. Но о победе говорить было преждевременно. Насколько я мог судить, эти люди были не из тех, кто быстро сдается.
Не выказывая ни малейшего беспокойства, Эрджан сказал:
— Мюмтаз, позволь я объясню. То, что рассказал инспектор Невзат, — правда. Но дело обстоит не совсем так, как вы думаете. — Он перевел взгляд на меня. — Я вам сейчас все расскажу.
— Так мы, Эрджан-бей, и хотим, чтобы вы все нам рассказали. Как вы наверняка помните со времен службы, мы ценим откровенные признания.
На последнем слове Эрджан снова нахмурился и уже собрался что-то возразить, но вмешался Мюмтаз:
— Да, Эрджан, будь добр, расскажи. — Он опять был в роли строгого начальника. Висевший за его спиной портрет Ататюрка и стоявшие по бокам от кресла флаг Турции и штандарт нашего участка только усиливали этот образ. — Ты мне ни слова не сказал об этом. А ситуация действительно вызывает подозрения. Расскажи, в чем тут дело.
— Что ты, Мюмтаз, какие подозрения?
— Вот что, — голос его прозвучал неожиданно резко, — двое твоих вооруженных людей проникают в дом убитого. Еще и признаются, что целью была кража…
— Прибавьте к этому сопротивление сотрудникам полиции, Мюмтаз-бей, — заметил я абсолютно серьезно. — Они чуть было не открыли огонь по моим напарникам.
Мюмтаз разошелся не на шутку.
— А ты говоришь, что нет поводов для подозрений! — прикрикнул он на старого товарища. — Мы что, должны были поймать их в тот момент, когда они кому-то ножом глотку перережут?
— Что ты такое говоришь, Мюмтаз? Какой нож? Какое убийство? Ты же знаешь меня! — воскликнул Эрджан. На лбу у него выступили капельки пота.
Мюмтаз, оперевшись на стол, наклонился к нему.
— Знаю, Эрджан, знаю. Но в данный момент в морге лежат три трупа. А у нас двое подозреваемых, которые работают в твоей фирме…
Тут вдруг заговорил молчавший до этого адвокат:
— На оба пистолета имеется лицензия. Они принадлежат компании «Аййылдыз».
Я собирался задать вполне естественный вопрос, но Мюмтаз меня опередил:
— У ваших сотрудников есть разрешение носить оружие за пределами рабочего места?
Еще не опытный адвокат не понимал, к чему тот ведет.
— Э-э-э… Возможно, им негде было его оставить… Иногда они забирают оружие домой…
— Значит, двое ваших сотрудников проживают по тому же адресу, что и Недждет Денизэль?
— Нет, конечно, нет, — адвокат наконец понял, что сам загнал себя в угол.
— Тогда не болтайте попусту. Ваши люди определенно совершили преступление.
— Но… — предпринял тот еще одну попытку.
— Хватит, Хакан, — прервал его Эрджан, голос его был напряжен. — Я лучше сам все объясню. — Он одарил нас теплой улыбкой. — Мы ведь коллеги как-никак, говорим на одном языке. Дайте мне пару минут, и все встанет на свои места.
Ни я, ни Мюмтаз не возражали. Честно говоря, мне было очень интересно его послушать. Кто такой Адем Йездан? Какую работу выполнял для него Недждет?
Эрджан как будто прочитал мои мысли.
— Адем Йездан родом из Хаккари на юго-востоке страны, он старший сын вождя местного клана. У них там целых девять деревень. Вы, наверное, и сами уже это знаете. Так вот, семья их раньше была замешана в темных делах…
— В каких еще темных делах? — встрепенулся Мюмтаз. Я добился чего хотел: теперь его тоже одолевали сомнения. Сведя брови, он спросил: — Неужели с террористами связаны?
— Бог с тобой, Мюмтаз, какие террористы? Клан Йезданов всегда поддерживал правительство. Террористов в их деревнях никогда не было. Сотни людей из их клана служили на государство. Нет, говоря о темных делах, я имел в виду что-то менее серьезное, вроде контрабанды скота. Сами понимаете, пограничная территория — до Ирана с Ираком рукой подать. Да и государство, между нами говоря, закрывало глаза на подобные вещи. Пятнадцать лет назад они переехали в Стамбул. Если помните, Министерство финансов тогда объявило амнистию нелегального капитала. Вот они и начали вкладывать деньги в разные проекты.