До всего этого мне не было никакого дела. Меня волновал лишь один вопрос: почему убийцы оставили третий труп возле Золотых ворот? Я не собирался ходить вокруг да около и спросил напрямую:
— Есть ли, по-вашему, какой-то скрытый смысл в том, что мы нашли тело именно у этих ворот? Что убийцы хотели нам этим сказать?
Огонь в ее глазах угас — они стали такими же спокойными, как и воды под нашими ногами.
— По-моему, — сказала она чуть слышно, — нам важнее понять другое: связана ли та идея, которую пытаются донести убийцы, с городом или с его правителями? Да, Невзат-бей, я думаю, если мы найдем ответ на этот вопрос, то сможем предположить, где они оставят тело следующей… — она запнулась, как будто сказала что-то лишнее, и посмотрела на меня молящими о помощи глазами. — Надеюсь, конечно, что никого больше не убьют, но если все-таки…
— Не сомневайтесь, — заверил я ее. — Если мы не отыщем убийц, новые жертвы непременно будут. Пожалуйста, продолжайте.
— Так вот, мы сможем предположить, где они оставят тело следующей жертвы. Поэтому нам нужно понять, связаны убийства с городом или с его правителями.
Ее слова не были лишены здравого смысла.
— Насколько я знаю, Визас не был римлянином, — отметил я, обращая тем самым внимание на то, что первая монета отличалась от двух остальных. — Он был греком.
— Вы правы, он не был римлянином. Как не был и императором — всего лишь царем.
— Но на монете, обнаруженной в руке первого убитого, отмечен именно Византий — город, заложенный Визасом.
— Да, но отчеканена монета во времена Римской империи, — возразила Лейла, покачивая указательным пальцем. — Помните, когда вы пришли ко мне домой, я вам показывала это в книге про монеты?
Я помнил, но все же уточнил:
— Это точная информация?
— Абсолютно. Монету отчеканили в те времена, когда Византий уже находился под владычеством Рима. Скорее всего, при Октавиане Августе или Тиберии. В самом начале нашей эры. Тогда город еще не был столицей империи. То есть это было задолго до того, как он стал Константинополем.
Все эти императоры, даты, названия совсем сбили меня с толку.
— Значит, — решил я прояснить ситуацию, — вы считаете, что эти убийства имеют отношение к правителям?
На ее лице читалась нерешительность: ей предстояло сделать сложный выбор. Вместо ответа она поднялась со скамейки и предложила немного пройтись — как будто я мог отказаться.
Вокруг снова стало многолюдно. Видимо, прибыла очередная партия туристов. Наконец мы пробрались сквозь одну из групп.
— Я не уверена, — заговорила она, отвечая на заданный ранее вопрос. — Не исключаю вариант, что убийства связаны с городом. Но если выбирать — то да, я бы сказала, что они связаны с правителями. Потому что убийцы постоянно делают отсылки именно к ним.
— Но это если смотреть на монеты, — уточнил я. — А если обратить внимание на то, где убийцы оставляют тела? Например, на том месте, где мы обнаружили первую жертву, возможно, когда-то располагался один из храмов, построенных царем Визасом. Скажем, Храм Посейдона. Вы же сами это говорили. Даже Недждет впервые сделал вам предложение именно там.
При упоминании имени Недждета ее губы изогнулись в грустной полуулыбке, но всего секунду спустя от нее не осталось и следа.
— Да, все так, — ответила она, — но на что мы все-таки будем ориентироваться: на то, где были оставлены тела, или же на монеты?
— На то и на другое. А еще — на то, как именно жертвы были убиты. И даже на положение их тел.
— На положение тел? — в глазах Лейлы вспыхнуло любопытство.
Не было смысла и дальше скрывать эту информацию. Кроме того, мне интересно было посмотреть на ее реакцию.
— У всех троих убитых руки были сведены над головой, как будто наконечник стрелы. А ноги широко расставлены, словно хвостовик. Всем трем телам придали форму стрелы. А пальцы указывали на то место, где потом обнаруживали следующий труп.
— Почему вы раньше мне об этом не рассказали? — в ее голосе слышалось подозрение.
Я попытался сделать вид, что это была случайность, пустяк.
— Разве не рассказал? Наверное, подумал, что не стоит забивать этим вашу голову. Так на чем мы…
Но не тут-то было.
— Секундочку, Невзат-бей, — она говорила с обидой в голосе. — Вы мне не доверяете?
— С чего вы взяли?
— А с того, что вы утаиваете от меня информацию. Если вы меня в чем-то подозреваете, лучше скажите прямо.
— Вы совершенно напрасно обижаетесь, — в одно мгновение я выдал очередную ложь, что по долгу службы делал уже несчетное число раз. — Если бы я вам не доверял, разве обратился бы к вам за помощью?