— Если это не сильно вас обременит, я бы выпил чашечку кофе по-турецки. И немного сахара.
— А я растворимый выпью, — сказал Али; он развалился на стуле, широко расставив ноги. — Самый обычный, без сахара и без молока…
Значит, самый обычный. Без всего… Как же это было похоже на нашего сурового полицейского.
Пока Лейла заказывала по телефону кофе для нас, я заметил, что Али смотрит на гиацинты, которые привлекли мое внимание.
— Красивые цветы… — пробормотал он.
Лейла положила трубку и спросила:
— Вы про гиацинты? — Она очень нежно посмотрела на цветы. — Они чудесно пахнут.
Я уже понял, куда ведет Али, — он точно собирался спросить, не Намык ли подарил букет, — и поспешил вмешаться.
— Если позволите, давайте перейдем к делу, — сказал я. — У нас не очень много времени…
Лейла скрестила руки на груди и откинулась в кресле.
— Я только за. У меня тоже есть к вам несколько вопросов. Спрашивать о таком по телефону было неудобно. Вы нашли монету в руке покойного прошлой ночью?
— Да.
— Монета Юстиниана?
— Да, — кивнул я. — Но в этот раз телу жертвы не придали форму стрелы. Руки раскинуты в стороны, монета — в правой руке.
Кажется, Лейлу интересовало совершенно другое. Она поспешно спросила:
— Монета у вас с собой?
— К сожалению, нет. Я ведь не знал, что мы встретимся…
— Но вы видели ее, не так ли? — К чему она вела? — Вы сможете узнать ее на фото? — Не дождавшись моего ответа, она потянулась за большой раскрытой книгой, которая лежала у нее на столе. Я сразу же понял, что это была та самая книга, которую мы недавно видели у нее дома… Неужели она знала, что мы придем, и поэтому принесла книгу сюда? Или книга оказалась здесь случайно? Я не стал спрашивать — отложил этот вопрос, как и другие подозрительные вопросы, связанные с Лейлой, и посмотрел в книгу.
Пролистывая страницы, она наконец показала на золотую монету:
— Взгляните, Невзат-бей. Это та монета, которую вы обнаружили вчера? Она придвинула книгу еще ближе, и монета в малейших деталях предстала передо мной.
— Да, это она. На лицевой части бюст Юстиниана… Шлем, доспехи. Щит в левой руке, копье — в правой. Надпись IVSTINIANVS… — Затем я посмотрел на изображение с обратной стороны монеты. — Хмм… Крылатое создание с посохом в форме креста…
— Виктория, — поправила она меня. — Имя, которым римляне наделили греческую богиню победы. Но вы на правильном пути: под влиянием христианства эта богиня в будущем стала изображаться в виде ангела. — Она указала на надпись внизу монеты: CONOB. — Вы видели это слово на вчерашней монете?
— Да… — тут же вспомнил я. — Что это значит?
— Эта надпись означает, что монета была отчеканена в Константинополе. CON — это Константинополь, а ОВ — Obryzum, что в переводе с латыни означает «чистое золото». — Лейла потянула книгу к себе и задумчиво проговорила: — Значит, убийцы хотят обратить наше внимание на Юстиниана.
В отличие от нее, я не был в этом уверен.
— На Юстиниана или на собор Святой Софии?
Она поднесла ладони к подбородку и посмотрела мне прямо в глаза.
— Об этом стоит подумать. Мы ведь уже обсуждали это с вами? — И она повторила то, что сказала мне вчера в Цистерне Базилике: — Главное, что требуется выяснить, — с чем именно связаны убийства: с городом или с его правителями.
— Мне кажется, с городом… Убийцы пытаются привлечь наше внимание к важнейшим строениям города.
Она тут же поняла, что я, хоть и косвенно, виню в этом Ассоциацию защиты Стамбула, или, по крайней мере, держу ее членов в списке подозреваемых.
— Все-таки они так или иначе связаны между собой… Ведь именно усилия могущественных правителей привели к росту и благоустройству города.
— Если я правильно помню, вы сами упоминали, что Феодосий Второй не был сильным правителем.
— Но у него было сильное окружение. В первые годы царствования власть находилась в руках влиятельного регента — префекта Антемия. А старшая сестра императора Пульхерия — крайне умная и честолюбивая женщина — никогда не оставляла его.
Нет, этого объяснения было недостаточно: чего-то не хватало.
— Предположим, что это правда… Но должна быть какая-то причина, по которой тела жертв оставляют рядом с историческими памятниками. Возьмем, к примеру, Юстиниана. После восстания «Ника» он практически заново отстроил весь город…
Она посмотрела на меня с удивлением и одобрением одновременно…
— Так значит, восстание «Ника». Смотрю, вы неплохо подкованы в истории Восточного Рима, Невзат-бей. Это похвально… Я впечатлена…