Что ж, это вполне могло оказаться правдой. Мне надо было хорошенько поразмыслить над этим, но Намыка в свои размышления я посвящать не собирался. Поэтому всего-навсего усмехнулся.
— Почему вы улыбаетесь?
— Извините, — произнес я, не в силах совладать со смехом. — Прошу прощения…
— Не понимаю, я разве сказал что-то смешное?
— Нет-нет, дело не в этом. — Наконец я сделал вид, что успокоился. — Просто Адем Йездан сказал то же самое про вас. Не слово в слово, конечно. Но он уверен, что убийца — это вы.
— Вот мерзавец, — прорычал он. — Сам он убийца, а на других просто наговаривает…
— Знаете, а ведь он привел интересные доводы. — Я удивился, с каким спокойствием произнес это. — По его словам, на убийства вас подвигла вовсе не забота о городе…
— Не совершал я никаких убийств.
— Я же говорю, по его словам. Так вот, он утверждает, что все дело в ревности.
— В ревности? — воскликнул он ошеломленно.
— Он считает, что Лейла-ханым хотела уйти от вас. Собиралась вернуться к Недждету.
— Сукин сын, — выплюнул он. — Лживый мерзавец!
— Говорил, что она даже жила несколько дней у Недждета: однажды утром он лично видел ее у него дома — на ней была пижама бывшего мужа.
Лицо его исказилось в гневе, на виске забилась жилка.
— Вот гад, все переврал!
— Что именно?
— Однажды мы поссорились, это правда. Но не из-за того, что Лейла хотела меня бросить. Знаете, о таком не рассказывают первым встречным. — Тяжело вздохнув, он покачал головой. — Как только эти мерзавцы посмели сунуть свои длинные носищи в нашу личную жизнь?!
— Прошу прощения, я ни за что не стал бы в это вмешиваться, но расследование…
— Да-да, я понимаю, — перебил он меня. — Дело в том, Невзат-бей, что в наших отношениях Лейла всегда была, так скажем, заинтересованной стороной. Нет, я ни в коем случае не люблю ее меньше, чем она меня, — чувства измерить невозможно. Но она сделала первый шаг и с тех пор дорожит нашими отношениями. Иногда это становится просто невыносимо. Из-за этого, собственно говоря, мы и поссорились. После того как Недждет изменил ей с молодой помощницей, Лейла никак не могла справиться с травмой — неизлечимым недоверием к мужчинам. Она ревновала меня ко всем. Что бы я ни делал — изменить что-либо было невозможно. Однажды вечером я остался в нашем офисе с одной девушкой, она учительница. Каждый занимался своими делами, но в какой-то момент мы устроили перерыв — заварили чай и разговорились…
Он заметил мой многозначительный взгляд.
— Не смотрите на меня так, Невзат-бей, — резко произнес он. — Я никогда не изменял Лейле. Не смог бы разбить ее раненое сердце. Так вот, было уже поздно, и Лейла заехала за мной. Увидев, как я беседую с девушкой, она вышла из себя. Даже слушать меня не захотела — сразу накинулась с обвинениями. Время было уже к полуночи, я устал — и сорвался: наговорил лишнего, мол, что она ведет себя глупо и по-детски. Она выскочила за дверь. А я был так зол, что даже не побежал за ней. Какое-то время в яростном полубреду она моталась по улицам, потом зашла в бар в районе Бейоглу — она часто там бывает с университетскими друзьями. Недждет тоже оказался там. Он почувствовал, в каком она была состоянии, и тут же подсел к ней. Она вся в расстроенных чувствах. О нашем конфликте ничего не рассказала, но и выпить с ним не отказалась. Много ли ей надо? Вскоре она уже на ногах не стояла, и Недждет отвез ее к себе домой. Об этом случае и рассказал вам Адем. Тем утром он увидел ее в пижаме. Она его, само собой, тоже узнала. В ту же секунду осознала свою оплошность — не стала даже завтракать, сразу приехала ко мне, рассказала, как все было, и попросила прощения. Она прекрасно знала, что эти подонки начнут распускать слухи. Посмотрите, чего только не наговорил вам этот гад!
Его слова звучали убедительно. Оставалось загадкой лишь то, насколько история была правдива. Теперь можно было переходить ко второму волновавшему меня вопросу. Но прежде я встал и открыл окно. В комнату ворвалась прохлада. Воздух был наполнен неизвестно откуда исходившим ароматом роз.
— Прекрасная сегодня погода, — заметил я.
Намык с наслаждением втянул воздух — как заключенный, много лет не видевший белого света.
— Аромат чудесный. Наверное, где-то рядом сад, — сказал он.