- Привет, малышня, - издалека прокричал Алиар, размахивая руками на бегу. – Гуляете, значит. От работы отлыниваете?
- Зедекиа сегодня слишком занят, чтобы раздавать поручения. – Я не удержалась от закатывания глаз. На самом деле мне уже очень хотелось спать. Я бы с удовольствием разлеглась прямо на земле, лишь бы вытянуть уставшие ноги и руки, а не топать бесцельно еще несколько часов.
- Говорят, ты делаешь успехи, - продолжал Алиар, поравнявшись с нами. – Хотел бы я глянуть, как ты измываешься над грешниками.
- Не так уж много для этого нужно, - фыркнула я. Гордиться тут нечем. Но, кажется, Алиар так не считал. Мы достаточно сблизились, чтобы я могла отодвинуть свои опасения на второй план и поддерживать подобие дружеских отношений.
- Святой тебя и при жизни не называли, - не унимался Алиар, - но ты будто была создана для этого места.
- Так себе комплимент, - наморщился Ром.
Проходящий мимо аркер, Сол, попытался задеть меня плечом, но Ром вовремя потянул меня за локоть и заставил встать по левую руку от него. Я на ходу бросила презрительный взгляд на Сола. Он ответил тем же. Метнул угрожающий взгляд в Ромула и отвернулся. Немые угрозы были чем-то настолько обыденным в Юккогоне, что теряли свою суть.
Втроем с Роммулом и Алиаром мы миновали кухню и подошли к своего рода кафе, в котором позволялось ошиваться аркерам. Внутри всегда стоял тяжелый запах жаренного со слабым намеком на цитрусовый освежитель воздуха, которым служил мешок с фруктовыми обрезками. Заведение носило славное название «Огрызки», словно олицетворяя всю важность аркеровского статуса. А может, это был просто намек на то, какие продукты поставлялись для нас.
Ром остановился у входа и повернулся ко мне, подойдя очень близко. Он что-то сунул в карман моей кофты, обхватил мои кисти, чтобы я не полезла проверять карманы, и наклонился к уху:
- Мы договорим позже, мне нужно уходить.
- Ты не останешься со мной? – возмутилась я.
Каждый раз, когда Зед был слишком занят своими свиданиями, Ром не упускал момента сбежать к своей тайной любви. Сначала мне казалось это милым, но прошло уже столько времени, что «сладкий» период любой пары должен был изжить себя. К вполне логичному раздражению прибавлялась и ревность, которую я обнаруживала всякий раз, как понимала, куда убегает Ром.
- Ты же понимаешь, - сдержанно ответил Ром.
Я кивнула, и Ромул отправился к своей таинственной подружке. Не бросился бежать, как делал обычно, а медленно удалялся, чтобы дать мне возможность переварить информацию. Понять, что я осталась один на один с Алиаром, и дружеской поддержки в случае конфликта ждать не от кого.
Черт, я повела себя как идиотка!
Мое раздражение, вызванное уходом друга, не было логичной реакцией. Просто после беседы с Робертом я стала еще более напряженной и озлобленной, чем прежде. И вот тут уже виднеется логика. Черт знает сколько времени надо мной измывался Зед, я оторвана от семьи и истощена физически и морально. Роберт лишь подлил масла в огонь своей выходкой. Он знал, какие слухи обо мне пойдут после нашей встречи. Более того, именно такого исхода он и добивался. Не понимаю зачем, но он хотел отравить мне жизнь, выставив в дурном свете. Как будто мало мне достается от Зедекии. Сомневаюсь, что Роберт делал на меня ставки и разочаровался после моего отказа шпионить для него. Была ли у Роберта более зрелая причина подпортить мне репутацию, чем мальчишеская обидка из-за отказа?
Алиар дернул меня за локоть, выдернув из размышлений, и кивнул в сторону кафе. Не дожидаясь ответа или какой-либо реакции с моей стороны, Алиар вошел внутрь и выбрал свободный столик. Я устало плюхнулась на стул напротив парня, вытянула руки на столе и устроила на них голову.
- Заказать тебе что-нибудь? – предложил Алиар.
В отличие от Ромула, он никогда не звучал сочувственно. Если Ромул жалел меня после наказаний и в его голосе явственно слышалась жалость, то Алиар звучал насмешливо. Меня подобные интонации не задевали, но иногда было любопытно, действительно ли Алиара веселят чужие страдания. Может, он находится в Юккогоне намного дольше меня. Может, в скором времени меня тоже будет забавлять чужая боль. Даже страдания друзей.
- Нет, спасибо.
Пока Али был занят заказом, я проверила карман. Ромул оставил мне «деньги» на еду. Я ненавидела безналичную систему оплаты Инсегиона. Совершенно не разбиралась в их валюте. Ромул говорил, что если я не выучу условия платежей, обсчитаюсь, переплачу или вытворю еще какую-нибудь глупость, то рискую навсегда лишиться уважения. Неспособность распоряжаться своими сбережениями так же унизительна в глазах немиан, как для приодов пьяный дебош, проституция, испражнения на публике и совокупление с животными в одном флаконе. В некоторых вещах я совершенно не понимала немианские взгляды.