Выбрать главу

Я села за столик, заказала стейк средней прожарки и бутылку пива. Мне нравилось пить пиво из бутылки, а не из кружки. Умирая от голода, я снова и снова просматривала меню. Прежде чем мне принесли заказ, парень со странными волосами вскочил со стула, громко выругался и разбил пустой стакан о пол. Официантка с моим заказом, пытаясь увернуться от разлетающихся осколков, выгнулась так, что все содержимое ее подноса полетело на пол. Я чуть не расплакалась, глядя, как мой стейк утопает в осколках стекла и холодном пиве на грязном полу.

Несколько человек тут же подбежали, чтобы очистить пол, а официантка извинилась и попросила подождать еще немного. Со злости я схватила светловолосого паренька за шиворот и прижала мордой к барной стойке. Лишь тогда он перестал изливаться нецензурной бранью вперемешку с извращенными слащавыми прозвищами в адрес своего телефонного собеседника. Самоконтроль тогда был для меня огромной роскошью; попробуй остаться в своем уме после того, как восемнадцать лет жизни счастливого неведенья, оборвутся под натиском сверхъестественного мира, рухнувшего на тебя лавиной в ясный теплый денек.

- Мне плевать, с кем ты там поругался, но нельзя так себя вести в общественных местах, - сквозь зубы процедила я. Никто из работников и глазом не повел. – И нельзя ломать чужие вещи, тем более красивую посуду, ясно?

Парень чуть повернул голову, чтобы посмотреть на меня бесстрастным взглядом.

- Отпусти, я не в настроении.

- Тогда лучше извинись перед всеми работниками, передо мной, и заплати за разбитую посуду, - потребовала я, не выпуская наглеца.

Я уже какое-то время работала в ресторане, куда мне помог устроиться один из друзей. Это был достаточно популярный ресторан с высоким рейтингом. Его посетители обладали таким скверным характером и вызывали меня в зал так часто, что каждый рабочий день заканчивался нервным тиком.

- Твой ужин за мой счет, - фыркнул парень. – Довольна?

- Не совсем, - криво ухмыльнулась я.

- Он не извинится, - безразлично бросила барменша, не глядя на нас.

- Значит, он частенько приходит сюда и ведет себя как козлина?

- О, да! – протянула барменша. Ее лицо озарила мягкая добродушная улыбка. – Но мне нельзя так говорить.

- Вот именно! – взбунтовался пленник, пытаясь высвободиться.

Мне надоело держать его и вытягивать шею, чтобы лучше видеть лицо, прижатое к мраморной поверхности, поэтому я отпустила пленника и отошла на шаг. Маленький рост редко бывал для меня преимуществом. Отряхнувшись, и пригладив черную рубашку под черным приталенным пиджаком, совершенно не вписывающиеся в обстановку заведения, парень грациозно вернулся на барный табурет. Он оглядел меня с ног до головы и вдруг изменился в лице.

- А ты немного странная… необычная, - заключил он, глубоко вдохнув. – Какая интересная особа. А я уже и не ждал сегодня интересных гостей. Как тебя зовут?

Я лишь закатила глаза и проигнорировала вопрос. Голод сделал меня еще раздражительней. Мне не хотелось разбираться и выяснять, чем вызван столь внезапный интерес к моей персоне.

- Если я снова увижу, как ты тут буянишь, нам предстоит серьезный разговор, - пообещала я и вернулась за свой столик.

На самом деле я зашла в этот бар впервые и лишь по зову голода. В мои планы не входило становиться завсегдатаем, у меня уже была излюбленная паршивая забегаловка с вполне сносным кофе. «Багровое знамя» даже не было ближайшим баром, я просто заплутала, пытаясь прочистить мозги и успокоиться после тяжелой смены.

- Е-е-если бы ты зна-а-ала, как часто мне здесь угрожают, дорогуша. Но к чему эти трудности, давай просто поболтаем. – Он подошел к столику, развернул стул спинкой вперед и устроился напротив меня. – Скажи-ка, дорогуша, ты новообращенная?

Я по привычке оглянулась по сторонам, хотя и так знала, что бар пуст. Притворяться дурочкой было уже поздно – чертов рефлекс выдал с головой. Я продолжала молчать, а собеседник не стал переспрашивать. Вместо этого парень бросил мимолетный взгляд на входную дверь, и та с грохотом захлопнулась. Освещение сделалось приглушенным, а уличные фонари и вывески погасли. В воздухе запахло яблоками и корицей. Я возмущенно выгнула бровь.