- А на деле? – насмешливо спросил он.
- А на деле, - продолжила я, повысив тон. Поймав нужную волну, я позволила плотине взорваться. Лежа на спине, я активно размахивала руками, словно это помогло бы мне выплеснуть лишнюю энергию и успокоиться. - Ты просто придумал новый способ помучить меня! Давай-ка я буду говорить загадками, чтобы обнадежить тебя, а потом опустить на землю. Боишься меня? Верно. Тогда давай я покажу тебе весь спектр моих эмоций, чтобы ты не могла предугадать мой следующий шаг. Сначала я сделаю вид, что доверяю тебе, а потом покажу, что ты значишь для меня на самом деле и растопчу все твои надежды. Устроим сегодня эмоциональные качели? Почему бы и нет?! Я ведь не только лучший актер Юккогона, но и величайший абьюзер!
- А ты какие качели предпочитаешь? – продолжал насмехаться Зед, чем злил меня еще сильнее. Неспособность подцепить его провокацией не просто злила меня, выжимала, как губку для мытья посуды.
- Я, наверное, единственная немианка, с которой ты мог бы выстроить нормальные отношения, которой ты мог бы доверять! – Сама не знаю, в какой момент меня понесло, и я сорвалась на крик. - Ты столько раз копался в моей голове и мог бы уже понять, что я не заинтересована ни в политике, ни в каких-либо «выгодных» предложениях Роберта. Я всего лишь хотела защитить Зейна. Ты и сам знаешь, что я пошла бы на что угодно ради этого. Я бы повиновалась любому приказу, выполнила любую твою просьбу лишь бы иметь возможность защищать свою семью. Так зачем ты продолжаешь свои идиотские игры со мной? Хочешь прожить одним своим братом до скончания веков? Один. Без друзей.
- Ты мне сейчас в верности поклялась? – не унимался Зед. – Очень лестно.
Ему что, мало?! Сколько отчаянья мне еще на него вывалить, чтобы он наконец поверил мне и успокоился?
- Хорошо. Я сдаюсь. Каких-то пару дней я как-нибудь потерплю твои извращенные игры, но после этого мы будем говорить исключительно о делах и приказах Аликана. Мы не станем ни друзьями, ни союзниками, ни приятелями…
- А кем ты хотела видеть меня до этого момента? – спросил Зед, повернувшись и невозмутимо глядя на меня, будто секунду назад я не изливалась возмущенной тирадой. – Я уже говорил тебе, олененок, что мы не враги. Что остается?
- Что? Олененок? Что? Причем тут мой взгляд на…
- Ответь.
- Я не знаю. Может, я думала, что мы могли бы сохранить нейтралитет, как это делает Зеро.
- Кем ты видела меня до сих пор, олененок? - Он принял сидячее положение, приложил свои руки к моей голове и изобразил ими рожки. На фоне его невозмутимости красочность моей истерики усиливалась до нелепости.
- Какой я тебе к чертовой матери олененок?! – завопила я и вскочила на кровати, не в силах больше оставаться в лежачем положении. – Клянусь, Зед, твои развлечения меня уже…
- Интересно, когда-нибудь ты поймешь? В смысле, научишься обходиться без моих наставлений?
- О, так теперь ты считаешь, что ты мне нужен? – В пылу пререканий я с силой оттолкнула Зеда, напрочь забыв о субординации. Он покачнулся, отклонился назад, опираясь на руку, но затем снова приблизился, оставив между нами всего пятнадцать сантиметров. Я вскинула руки, призывая Зеда оставаться на месте, а сама собиралась слезть с кровати и отойти на достаточное расстояние, чтобы мне не приходилось смотреть на него снизу вверх. Не успела я передвинуть ногу, как Зед схватил меня за запястья, удерживая на месте, и просто наклонил голову ниже. - Больше, чем я тебе. Конечно. Только не забывай, что центром моей жизни был и остается Зейн!
- Нельзя же жить одним лишь братом, - ухмыльнулся Зед.
В тот момент мне захотелось вцепиться зубами в его глотку, прокусить и оставить истекать кровью. Если бы такое только было возможно. От злости пульс бил по ушам, приглушая все внешние звуки.
- Ох, как злобно ты сверлишь взглядом мою шею. Вспомнила, что когда-то была хищником? Аппетитно выглядит? Позволить тебе куснуть?
- Самоутверждаешься за мой счет? – сорванным и дрожащим от злости голосом прохрипела я. – Знаю, тебе нравится меня мучить, но я уже близка к тому, чтобы молить о смерти. Прекратишь или переступишь через контракт, чтобы довести меня до белого каления?
- Основываясь на обстоятельствах твоего появления в Нижнем, я должен был догадаться, что мой олененок имеет суицидальные наклонности.
Руки уже сами готовы были потянуться к шее наставника в жалкой попытке придушить. Затуманенный гневом разум не мог продолжать этот бессмысленный диалог. Раньше мне казалось, что его провокации давали мне возможность солгать так, как устроило бы нас обоих. Но сегодня его провокации ничуть мне не помогают и не прекращаются, сколько бы я ни пыталась сдаться. Это, конечно, значило, что Зедекиа не получил от меня той эмоции, на которую рассчитывал, но у меня иссякло воображение.