- А что, мне нельзя? А когда он умрет, мне все равно нельзя будет присвоить себе его душонку?
- Нет, я не об этом, - с несвойственной ему простотой отмахнулся Зед, словно действительно забыл о присутствии иного. - Хотя, отвечая на твой вопрос, нет, нельзя. Но то, что ты сказала про дом…
- Ты запал на нее?! – возмущенно проорал пленник. – Да какого… Да будь ты хоть тысячу раз дьявол, лучше тебе убрать от нее свои мерзкие ручонки! Когда мы заполним все пробелы, она сама тебя…
Вот почему нельзя говорить о личном при воспитанниках приодов! Они вечно трактуют все иначе, да еще и встревают в разговоры, которые их совершенно не касаются. Немиан на его месте притих бы и впитывал информацию, выданную по неосторожности, чтобы использовать ее в своих целях, если подвернется возможность.
- Заткнись, - надменно фыркнул Зед, закатив глаза, и заставил парня умолкнуть. – Ну так что насчет…
- Погодь, - ухмыльнулась я, хитро глядя на Зеда. Может, зря я преждевременно разочаровалась в импульсивном приодовском создании. – Он угадал?
Замешкав, Зед не смог быстро выбрать, какую стратегию и какое выражение лица лучше примерить. Он покачал головой в разные стороны, подняв брови, прежде чем принять безразличный вид. Это секундное колебание выглядело весьма комично.
- Будем считать, что по вопросам мы квиты, - отмахнулся Зед.
Я закатила глаза, нахмурилась и показала Зеду язык, прежде чем вернуть свое внимание пленнику.
- Давай закончим побыстрее, мне еще нужно разделаться с одним хитрющим обмащником-немианом. Как тебя зовут?
- Поверить не могу, что ты спелась с каким-то…
- Ну хватит! – взвыла я. – Мы говорим уже десять минут, а я до сих пор не знаю даже твоего имени. Это очень грубо с твоей стороны, не находишь?
- Гин, - хмуро буркнул парень.
- Гин? – недоверчиво повторила я. - Это имя такое? Серьезно? Ну что за…
Я занесла руку для удара и выпустила когти, но Зед меня остановил:
- Имя настоящее.
Сомневаться в словах наставника не было смысла, поэтому я расслабилась. Ладно, в мире много странных имен. Куда более странным в данной ситуации было то, что Зед предотвратил удар, хотя мог бы подтвердить слова пленника после.
- Итак, Гин… Раз уж ты открыт для диалога и так охотно идешь навстречу, может быть, ты сразу поведаешь мне, где спрятано то, что ему нужно?
- А ты хоть знаешь, что ему нужно?
Ну вот, еще один придурок с комплексом нарцисса решил, что в праве надменно фыркать мне в лицо!
- Меня это не интересует. Чем быстрее я закончу с тобой и помогу Зеду найти «клад», тем быстрее вернусь домой.
- Ты явно потерялась, - зло прошипел Гин и сжал губки. Большие глазки и поджатые губы делали его похожим на маленького милого олененка.
- О, так твое всевидящее око тоже капнуло где-то в моей жизни? Ничего, мне не привыкать. Итак, вернемся к сути.
- Я не стану помогать ему. – Гин сверлил меня непонятным взглядом. То ли презрительным, то ли обиженным. Странное поведение для пленника, особенно для иного. – Ты бы тоже не стала ему помогать, если бы пошевелила хоть одной извилиной и взвесила риски.
- Ты считаешь себя самым умным? – разозлилась я. Слова об умственной деятельности меня задели. Я точно знала, что Зедекиа не может нарушать баланс наших миров, а это означало, что ничего катастрофического мой наставник не замышлял. А даже если планы Зеда каким-то образом вредили Гину, то мне до этого не было никакого дела. Какого лешего этот иной вздумал докапываться до глубин моей совести?! – Я знаю достаточно. Если что-то от меня утаили, значит, мне это не нужно.
- Отличный девиз! – фыркнул Гин, закатив глаза. – Наверное, ты выбросила большую часть своей семьи, руководствуясь этим девизом. Не щадишь даже детей?
- Свою семью я не бросала, - просто ответила я. – А до чужих мне дела нет. Да и детей у меня нет. Ты уж не расстраивайся из-за этого.
Гин сощурил глаза и несколько минут изучал мое лицо, словно пытался найти доказательство обмана. Неужели он всерьез полагал, что немиана будет заботить благополучие приодовской общины? Меня чужие судьбы не особо волновали даже когда я была приодовской воспитанницей, а уж после командировки в Юккогоне, мои рамки морали потерпели колоссальные изменения.
Но даже несмотря на все эти изменения и мое апатичное состояние, мне не хотелось вредить Гину. Он не был похож ни на кого из моей семьи, но в его глазах было что-то родное. Сидел в них какой-то бесноватый огонек. Раздражающий, но вызывающий больше положительные эмоции. Как если бы у меня был младший брат, который бесит и смешит одновременно.