Поразительно, как сильно я привязалась к нему, сама того не замечая. Привыкла быть с ним каждый день, возвращаться в его дом каждую ночь и просто ложиться в одну постель. Раньше мне казалось это одной из пыток: ложиться на одну кровать с демоном, который каждый день пытает тебя и неизвестно что еще может сделать с тобой ночью. Когда-то я боялась засыпать, ожидая от него очередной порции насилия, - будь то причинение физического вреда, нашествие насекомых в постели или же обычный кошмар. Но в какой-то момент он стал источником… спокойствия. Утешением.
- Я привык к тому, что ты всегда рядом, - вдруг произнес Зед, накручивая прядь моих волос на палец. – Ты стала частью моего дома, и я не представляю, каким увижу его через несколько часов.
- Сейчас ты уже можешь мне признаться, верно? Скажи честно, ты ведь читаешь мои мысли?
Его грудь под моей головой слегка затряслась от беззвучного смеха.
- Приятно узнать, что ты сейчас думала о том же.
Прозвучало как-то невесело, даже слишком серьезно. Я подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза, и в одно мгновение оказалась на спине под Зедом. Его лицо застыло в сантиметре от моего, а в глазах лениво мерцали горящие угольки. Несколько минут он хмуро глядел на меня, блуждая взглядом по всему лицу, по шее, и молчал.
- Прости, - напряженно выдохнул он, слез с кровати, потянул меня за руку и заставил подняться.
Взгляд Зеда остался хмурым, но его руки нежно притянули меня за талию и скользнули вверх по спине. Одна рука вернулась на талию, а вторая легла на мой затылок. Мое сознание утонуло в эндорфине. Чем ближе была минута разлуки, тем приятнее ощущались его прикосновения. Руки сами потянулись к Зеду, обвились вокруг его шеи, пальцы скользнули в копну волнистых волос. В эту секунду я бы не смогла вспомнить ощущения приятнее, чем его тепло под моими пальцами.
- Мне нужно твое согласие, - тяжело выдохнул Зед, одним только звуком заставив меня окончательно утратить связь с миром.
Я молча кивнула, не в силах выдавить из себя ни слова, и он прильнул к моим губам. Вкус его губ ударил по голове подобно алкоголю, я довольно замычала и сильнее прижалась к нему. Когда же я вцепилась в его кофту, он сжал мои руки и отстранился:
- Притормози. Я хотел поцеловать тебя, но…
- Но что? – ощетинилась я.
- Ты же понимаешь, - с горечью в голосе сказал он, глядя на меня из-под ресниц.
Блеск этих глаз не дал мне возможности разозлиться или обидеться, но и молча делать вид будто ничего не случилось я не собиралась:
- Почему ты вспоминаешь о своих традициях сейчас? – возмутилась я, скрестив руки на груди, как будто это могло скрыть мое разочарование. - Все было в порядке, когда я была аркером, и тебя ничего не смущало, когда ты таскал в свой дом девиц табунами. А сейчас ты вдруг решил стать… правильным? И не смей говорить, что ты делаешь это из уважения ко мне, потому что мне плевать на статус! Нынешний и прежний. Аркер или наставник… я была и остаюсь собой. Тогда и сейчас мои принципы остаются прежними.
- О, теперь меня ждет лекция о том, что мне следовало относиться к своему аркеру более уважительно, зная, что ты вступишь в должность?
Непонятно было насмехался Зед или возмущался, а может, все сразу. Где-то между строками рысью пробежали обвинительные нотки, обескуражившие меня на секунду.
- Ты был дэкери тогда и остаешься им сейчас, так что не надо подсовывать мне глупые отговорки вроде… Я большая девочка, Зед, - заключила я с холодной улыбкой. Именно так он сказал мне когда-то давно.
- Вот как? – усмехнулся он, вспомнив свои слова. Меня задела эта нахальная воинственная ухмылка. – Любишь же ты возвращать людям долги. Но речь не об уважении, олененок. Я просто знаю немного больше твоего.
- Опять?! Опять это «что-то»… Почему нельзя рассказать мне?
- А ты готова вступить в игру? – прозвучал решающий вопрос, оглушительней любого хлопка дверью.
Я уже набрала в легкие воздух, чтобы разразиться проклятиями, но вдруг задумалась и медленно выпустила воздух через рот. Воин внутри меня, готовящийся запустить в Зеда копье, неожиданно пал и испустил дух.
Если прежде я категорически отказывалась от любой дополнительной нагрузки, то сейчас задумалась, хоть и на минуту, а затем, не сдержавшись, рассмеялась. Теперь моему пониманию открылось чуть больше. Аликан не просто устраивал мне проверки на верность все это время, он ненавязчиво подталкивал меня к мыслям о служении ему. Он использовал своего брата, манипулировал мною, отчетливо сознавая, куда надавить и за какие ниточки потянуть, чтобы вовлечь меня в дела Юккогона и заставить верить, что я сама этого пожелала. Ну до чего же смешная семейка! Я была марионеткой Аликана с первого дня, а Зедекиа – веревочками, с помощью которых Лорд управлял мной. Глупо было полагать, что эти братья оставят меня в покое согласно контракту. Пункт о свободе никто не менял и не вычеркивал, но вместо этого они нашли способ подвести меня к добровольному участию. Возмущение смешалось с гордостью, и это было слышно в смехе.