- Попытай удачу, - шепнул Лорд, наклонившись к Зеду. – Мне даже интересно, каковы твои шансы остаться в живых. Не уверен, что ты и ночь переживешь.
Ниалин, услышав подшучивание Лорда, напряженно поерзала на стуле и вся подобралась.
Немой вопрос был незаметно отправлен Зеду, но тот меня проигнорировал. Прекрасно, этот паршивец ввязался во что-то опасное! Неужели он будет браться за любое безрассудство только потому, что у него появился резервный запас уонтхэк в моей оболочке? Или риск оправдывается скорее необходимостью избавления от лишней энергии? Надеюсь, он хотя бы не будет выкачивать из меня слишком много.
- Не предвижу серьезной угрозы, - небрежно бросил Зед то ли своему брату, то ли мне.
- А я вот вижу, как Кики бросает на тебя сердитые взгляды, - парировал Лорд с мягким смешком. – Плюс один к списку потенциальных причин твоей смерти.
- У моей смерти будет только одна причина, - хмуро прошипел Зед, развернувшись к брату, и заслонив меня спиной. – И ты не назовешь ею мою моарэ.
Ладно, ясно, понятно! О чем бы ни говорили эти голубки, посвящать меня никто не собирался. Ладно. Зедекиа знает, что еще нужен мне, чтобы разобраться с Робертом. И я уже предупредила его, что достану из-под земли, если вздумает помереть раньше времени. Надеюсь, это обещание он воспринял всерьез и будет строить свои планы с учетом моих угроз.
Хотя… Если Лорд считал, что из-за меня Зеда может погубить переизбыток энергии, тут мне возразить было нечего.
Следующее выступление заставило меня подбирать челюсть с пола, хоть я и не была поклонницей подобных танцев. Не представляю, какое впечатление пять девушек произвели на мужчин, если даже меня покорили их соблазнительные движения, харизма и грация. Четыре мезары под предводительством дикона Иорамии Форан, той самой, которую почти невозможно рассмотреть без ее согласия. Обычно она будто прячется за мантией-невидимкой, сотканной из уонтхэк, но не сегодня. Сегодня эта девушка явила себя, блистала и приковывала взгляды.
«Нравится?»
Бросив мимолетный взгляд на Зеда, я обнаружила, что тот смотрит на меня со странной улыбкой, облокотившись на стол, и подперев рукой голову.
- Она восхитительна! – прошептала я, с благоговением наблюдая за движениями Иорамии.
Несмотря на то, что весь этот мир был пронизан сверхъестественными силами, разлетающиеся волосы Иорамии цвета необъятного океана в ясный день выглядели так, будто только они и были воплощением истинной магии. Ее глубокие стальные глаза источали большую угрозу, чем ртуть для приодовского младенца, но тем прекраснее и пленительнее они были.
«Замолвить за тебя словечко? Она и тебя может научить»
- Стриптиз – не по моей части, - хмуро отмахнулась я, не отрывая глаз он девушки дикона.
- Во-первых, она не раздевается, - поучительным тоном заговорил Зедекиа теперь вслух. – Да и шеста нет. А во-вторых, подобные навыки являются предметом гордости наших дам. У меня и в мыслях не было оскорблять моего котенка.
- Ш-ш-ш!
А с каких это пор я стала кошатиной? Ай, неважно.
Зрелище было слишком великолепным, чтобы посвящать ему только часть своего внимания. Грустная песня о любви и традиционные немианские барабаны усиливали эффект, заставляя притаить дыхание. На последней ноте девушки подобрались и плавно подняли головы, глядя прямо на нас, а у меня по телу пробежала дрожь. Их неоднозначные взгляды пронзили меня насквозь подобно стрелам.
«Ты бы смогла лучше» - мысленно прокомментировал Зедекиа, а вслух произнес: - Все же я не изверг, чтобы заставлять тебя учиться чему-то подобному. Очевидно, это выше твоих сил.
- Никогда бы не подумала, что господин Зедекиа любит играть с огнем, - прошептала себе под нос одна из танцовщиц, что все еще смотрели прямо на нас.
- Измерять и оценивать мои силы больше не твоя забота, - холодно ответила я, изобразив «плохо скрываемое» раздражение. Впрочем, отчасти оно было искренним. Это что, часть новой игры – оскорблять друг друга прилюдно и бороться за возможность кольнуть поострее?!
- Отнюдь. Впрочем, смысла в этом не будет, если новая игрушка окажется слишком тяжелой для столь крохотных ручек.
Лорд тут же захлопал в ладоши, и все остальные последовали его примеру, так что мое неуверенное «Пошел ты» потонуло в аплодисментах. Я ведь совсем забыла, что все еще должна ненавидеть его на публике. Как же это утомительно. Изображать влюбленных за закрытой дверью, но при свидетелях делать вид, что готовы прямо сейчас перерезать друг другу глотки, если бы не некоторые правила. Хотя я уже не уверена, какие чувства мы изображали, а какие испытывали на самом деле.