Зед коснулся кончиками пальцев моей щеки и легким движением скользнул вниз по шее. Я сделала несколько прерывистых вдохов через рот, боясь шелохнуться. Мягкие пальцы чуть щекотали кожу, и у меня предательски дрогнула губа, сбилось и без того слабое дыхание. Когда наставник оторвал от меня руку, между его пальцами был зажат черный шнурок, который оттягивала золотая печать-медальон.
- Не нужно каждый раз протягивать его к двери, - тихим хрипловатым голосом произнес Зедекиа. – Достаточно только соприкосновения с твоей кожей. Понятно?
Я лишь кивнула в ответ, все еще не поднимая глаз.
- Не бойся его, Кей, - почти шепотом сказал Зедекиа.
- Что?
Вздрогнув от неожиданности и необычного обращения, я посмотрела на Зеда, позволив потрясению завладеть моим сознанием. Еще одна знакомая мелочь, от которой я давно отвыкла. Но почему он назвал меня «Кей»? Лишь один человек называл меня так, и мне не хотелось связывать его с Нижним миром никаким образом.
Зедекиа ничего не ответил, и я так и не поняла, кого мне не нужно бояться.
- Ты завела друзей? – спросил Зед тоном, который означал, что ответ на этот вопрос ему давно известен. И говорил он явно не о Ромуле. – Почему Элия и Алиар?
- Я не… Друзей не выбирают.
- Плохо, - усмехнулся Зед. – Слишком плохо.
- Моя дружба с Элией и Алиаром?
- То, как ты пытаешься говорить на моем языке, - снова захихикал Зед. Серьезности как не бывало. Я не повелась на его веселое настроение, оно может в любую секунду обернуться кошмаром для меня. – Ты учишься выбирать правильные слова, но твое лицо выдает все, что внутри.
Мое лицо? А как насчет его лица, которое всегда так фальшиво выражает смирение и добродушность, которых в нем точно не было? Каждый раз, когда над ним насмехаются и в открытую дерзят чужие аркеры, он лишь улыбается, словно абсолютно лишен гордости. Эта улыбка и «смущенный» смех заставляют кого-то верить в искренность и слабость Зеда? Неужели только я замечаю оттенки жестокости и могущества в мерцающем огне этих глаз? Либо Зед силен только перед своими аркерами, либо он не так хорош в актерстве, как ему кажется.
- А что внутри у господина? Если, конечно, там есть хоть что-то… - выпалила я, разозлившись за его насмешки. Меня пристыдили за такой естественный компонент, как эмоции. Я сразу же прикусила губу, жалея о том, что задала такой вопрос, да еще и с ноткой злости в голосе. Мне не стоило намекать на несовершенство его маскарада перед обществом, лучше просто притворяться, что я верю в глупые сплетни. Но было немного обидно узнать, что все мои старания были впустую, и что мои эмоции все еще на поверхности. Пусть Зед и прощал мне порой небольшие погрешности, каждый раз я сама расплачивалась за них глубоким страхом в душе. В конце концов, он приучил меня бояться его.
- Много чего, - ответил Зед, невозмутимо глядя на меня. Мою несдержанность он оставил без внимания. Судя по голосу, вместо плетки он заготовил что-то поучительное.
Любопытство одержало победу над инстинктом самосохранения, и я встретилась глазами с Зедом, чтобы выяснить, что он может скрывать в данный момент. Он не стал бы просто болтать со мной «по-дружески», если бы не был настроен на обучение. Может, в глазах других наставников он действительно был добродушным дурачком, сумевшим привести Границы к миру одним лишь своим обаянием, но я давно уже не верю в эти слухи. Я сосредоточилась на том, чтобы сохранять бесстрастное выражение, расслабила все мышцы и посмотрела на Зеда прямым каменным взглядом. Но попытка с треском провалилась в следующую же секунду.
В нос ударил знакомый запах: соленое море с нотками лилий, окруженное пыльной песчаной пустыней. Как маяк, чей луч с трудом пробивается через тьму. Сердце сжалось так больно, что хотелось закричать. Я нахмурилась и сжала челюсти, но сразу же попыталась взять себя в руки. Зед лениво улыбнулся одним уголком губ. В отличие от меня, он прекрасно знал, что делает, и контролировал каждую мелочь.
- Ты небезнадежна, - разочарованно вздохнул наставник, убеждая самого себя. – Мне хочется в это верить. Постарайся лучше контролировать мимику.
Солоноватый аромат сменился запахом взбитых сливок с карамельной глазурью. Я сразу вспомнила свою первую ночь в этом доме. Откинувшись в кресле, я тяжело вздохнула и закрыла глаза, ожидая всплеска недовольства со стороны Зеда. Но ничего не произошло. Тогда жалящая тоска по дому и злость на наставника отступили, вернулось любопытство.
- Ты неплохо осваиваешься, - ленивым тоном произнес Зед, бросая мне продолговатый матерчатый чехол.