- И это правильно, - расплылся в улыбке наставник, такой широкой, словно получал огромное удовольствие от правильных ответов.
- Я правильно понимаю: издевательства надо мной – это закуска, а Роберт для вас – основное блюдо? Как и вы для него.
Уж не знаю, как дошла до такого вывода, но он казался верным. Что-то интересное было в отношениях между Робертом и моим наставником, это видно невооруженным глазом. Хотя, чтобы разобраться в деталях нужно куда больше информации. Информации, времени, интереса…
- Это мы выясним, когда ты раскроешь все карты.
- Мне нечего скрывать от вас, - заверила я, решительно глядя ему в глаза.
- Я бы не был так уверен. Ты скрыла что-то важное и даже не подозреваешь об этом. Может, от меня, а может, от Роберта. Только вот это было ошибкой. Если мы не вернем тебе все секреты, ты не доживешь до конца обучения. Запомни и попытайся вытянуть подсказку из Роберта сегодня. Разделить свою душу было очень плохим решением, Кей.
- Если вы подозреваете меня в сговоре с Робертом, то это бред! Меня с ним связывает не большее, чем с вами.
- Тебе пора, - холодно бросил Зед с каменным лицом. Он небрежно отбросил мои пальцы, как надоевшую игрушку, поднялся с кровати и потянулся.
Снова эти резкие перемены в настроении.
Только вот я не понимала, разозлился ли он на мою глупость, или же я, наоборот, попала в точку. Действительно ли Зед подозревал меня в связи с Робертом, о которой я сама не догадывалась? Или же он считал, что Роберт может каким-то образом использовать меня в своих целях? И брошенная им вскользь фраза о разделении души… Это был намек на двуличие? В таком случае я должна была принести Зеду какую-то полезную информацию о намерениях Роберта, чтобы доказать, что не собираюсь помогать предателю. Хотя я понятия не имела, что должна была выудить из Роберта.
И я все еще разрывалась между желанием утолить свое любопытство и здравой мыслью не лезть не в свое дело. Возможно, загадочное поведение Зеда и Роберта вызвало у меня интерес только потому, что в Инсегионе не очень много нормальных развлечений. Стоило выбросить свое любопытство в мусорную корзину, чтобы убедить Зедекию в том, что у меня нет никаких секретов с Робертом.
12 Поиграй со мной
Входная дверь захлопнулась за моей спиной, обдав меня легким потоком прохладного воздуха. От злости разболелась голова. У этих наставников никаких манер! Конечно, о каких манерах я могла подумать, имея дело с демоном?!
Передо мной с выпученными глазами стоял Ром. Опомнившись, друг предложил мне свою руку и вяло улыбнулся. Вид у него был какой-то болезненный. Лучи закатного солнца резко очерчивали темные круги под его глазами. Взяв Рома под руку, я сжала его локоть обеими руками и прижалась к нему грудью. Парень благодарно улыбнулся, но глаза были такими потухшими, что мне стало страшно. Я тут же забыла о причине своей злости.
- Ром?
- Я в порядке. Устал. Все нормально.
- Отвратительно! – прошипела я. Допытываться было бессмысленно, а без дополнительной информации я не знала, чем могу помочь другу. А если это Зедекиа что-то с ним сделал, то задавать лишние вопросы не просто бессмысленно, но и опасно. Это может только усугубить ситуацию. Беспомощность заставляла меня чувствовать себя отвратительно.
- Не грузись, - попытался приободрить Ром. Он легонько щелкнул меня по носу и попытался выдавить из себя улыбку, но тщетно. – Мне просто надо поспать. Скоро день закончится.
- Может не надо провожать меня к Роберту? Я спрошу у кого-нибудь дорогу.
Тревога и бессилие давили на меня с такой тяжестью, что я готова была прослезиться. Я и сама не заметила, как Ромул стал так важен для меня. Привыкание протекало естественно, но этого я не опасалась. Четкое видение приоритетов не позволяло мне забыться. Ром небезразличен мне, но Зейн в сто раз важнее. На этот счет я не обманывалась, не позволяла себе чувствовать ничего «лишнего». Нужно было помнить, что, если передо мной встанет выбор между благополучием Зейна и Ромула, я без сомнений должна распрощаться с Ромулом.
- Не глупи, - отмахнулся он. – Это же приказ.
Обогнав парня на два шага, я развернулась и преградила ему дорогу, широко раскинув руки. Ром окинул меня взглядом с ног до головы и хохотнул. Моя инфантильная детская натура всегда вылезала на поверхность, когда я тревожилась и пугалась, а Ром всегда хихикал надо мной, но без раздражения или снисхождения. Он подхватил меня за талию, приподнял и опустил обратно, уткнулся носом в мое плечо, будто пытался немного расслабиться, сохранив равновесие. Я вдохнула легкий молочный аромат, чмокнула друга в щечку, отстранилась и замерла. Тряхнула головой, зажмурилась, потом поморгала.