Постепенно он смог выделить в букете остальных ее чувств и сладкие яблочно-ванильные нотки радости, и апельсиновый дух предвкушения, и коричную пряность любопытства, и будто приносимый ветром удушающий лилейный запах тревоги и горьковатый полынный привкус одиночества. Последние резко контрастировали с флером любви, который она излучала постоянно. Эмпат нет-нет, да улавливал напряжение между восторгами, сопровождавшими их во время прогулки. Чем дольше они были вне дома, тем сильнее становилась Стешкина тревога.
Устроившись на летней площадке кафе, Дел некоторое время еще старался завести непринужденную беседу, но девушка все чаще отвечала невпопад и он сдался.
– Ладно, рассказывай давай.
– О чем? – встрепенулась она.
– Что тебя так беспокоит?
– Ничего. Тебе показалось.
– Стеш, я эмпат и чувствую твое состояние. – Протянул Дел укоризненно. – Так что не надо мне врать. Всем будет лучше, если ты поделишься своими проблемами. Представь, что я твоя лучшая подружка и колись.
Стефания закатила глаза.
– Ла-а-адно. Тогда начну я. Тебе не нравятся отношения Энии и Амареля. Я прав?
– С чего ты решил, что я буду тебе отвечать? – Она смотрела с вызовом, но в глубине карих глаз таилась грусть и страх.
– С того, что ты любишь сестру и не хочешь срываться на ней. – Дел легонько подтолкнул ее своей магией. Ему нужна ее откровенность, он обещал другу разобраться. Да и Стеше станет легче.
Она тяжело вздохнула и опустила плечи, а затем заговорила, поддавшись его силе:
– К Амарелю лично у меня нет претензий. Просто я боюсь за сестру. Мужчины семьи Имарель опасны для своих женщин. С тех пор, как я узнала об их симпатии, меня не покидает мысль, что Энька может оказаться на месте мачехи советника.
– Не загадывай так далеко. Вдруг они разбегутся через пол года. – Аделард сам в это не верил, просто хотел развить тему, да и в голос легче вложить магию, чтобы вывести девочку на диалог с посторонним, по сути, мужчиной.
– Ты не понимаешь. Я знаю свою сестру. Эния никогда не была легкомысленной. На Земле парни увивались за ней толпами, а она словно не замечала. Единственные ее отношения длились шесть лет и сводились к редким встречам, походам в ресторан или на выставку. А тут за короткий промежуток времени они с Амарелем дошли до такой стадии близости! Она его любит, а ради любимых Эния способна рискнуть даже жизнью.
– Ты говорила с ней об этом?
– Пыталась, да будет она меня слушать? Я же мелкая, что я понимаю? – девушка отвела глаза.
Дел чувствовал весь спектр переполняющих ее эмоций, как будто они принадлежали ему. Он старался отделить их от себя и не мог. Обычно, для такой степени восприятия проходило немало времени. И она должна была стать ему дорога. Только родные, Амарель, Лея и еще несколько друзей детства ощущались им так же хорошо. А вот теперь еще и Стеша.
Чем это для него обернется? Ничем хорошим. Очередной головной болью. Она слишком не сдержана. Нужно вскрыть и вытащить на поверхность все, что причиняет ей боль, иначе, это будет постоянно его отвлекать.
– Стеш, я слышу твою ревность, – сказал он.
Дел ощутил всплеск злости. Девушка развернулась к нему и почти выкрикнула:
– Да, я ревную.
И уже тише:
– Когда я оказалась здесь одна, все время думала, как найду сестру и брата, мы вернемся домой, и все станет как раньше. Жила одним днем и искала, искала…, а когда нашла, оказалось что у Эньки здесь своя жизнь, мужчина, работа. Даже если я обнаружу способ вернуться, как раньше уже не будет. Она не пойдет со мной. Понимаешь?
– А если пути домой нет, что ты будешь делать? – задал провокационный вопрос Аделард.
– Не знаю, – она резко сдулась и осела на стуле, – я не вижу здесь своего места. Мне нравилась моя жизнь на Земле. Я скучаю по родителям.
Делу стало трудно дышать, когда его достигли волны ее боли. Он только сейчас понял, насколько их миры отличаются. Когда они говорили о семье, подразумевали совершенно разные вещи. Будь в нем еще чуть больше от драколина, он бы даже не уловил сути проблемы.
Его семья была типичной для Дракара. Отец и мать вступили в договорной брак, родили двоих сыновей и решили, что выполнили долг перед родом. Мать, едва появилась возможность, покинула дом и отправилась в экспедицию. Она была из тех драколинш, что одержимы наукой. С сыновьями она виделась два раза в год, на праздник трех светил. В остальное время они изредка связывались через иверс, но не чаще, чем было принято в обществе.