На парня неожиданно обрушился ментальный отклик не принадлежащий Макерцусу, но связанный с ним. Один из биоконструктов имел зачатки их магии и служил Кидару глазами на базе. До молодого драколина долетел страх и мыслеобраз, переданный откуда-то сверху: Фиреус де Кидар падает на брусчатку двора, сраженный мечом Амареля.
Макерцус взвыл и сдернул захват Дела, но перед тем как связь прервалась Аделард услышал приказ всем измененным:
– Убейте эльфа!
Старший Кидар метнулся вправо и скрылся за стеной. Аделард яростно выругался и рванул в дыру следом. А за ними уже неслись все оставшиеся в живых монстры и преследующие их оперативники ТопКС.
ГЛАВА 16: Дочь Смерти. 16.1
Эния кричала. Страшно и отчаянно. Аделарду не нужно было видеть поле боя, чтобы понять, случилось непоправимое. Рель избежал поражения в поединке с психом, склонным к мелодраме, но был подло атакован со спины биоконструктом и теперь истекал кровью рядом с поверженным врагом.
Вокруг царил хаос. Его отряд, попав в пределы безмагической зоны, сражался в рукопашную. Измененные лезли, казалось, отовсюду. Внезапно вырвавшаяся из Энии сила, заставила всех замереть на месте. Магия Сирина, словно яд разлилась по телу, и невозможно стало ни шелохнуться, ни издать даже тихий звук. Он мог только, не мигая, смотреть широко распахнутыми глазами.
За спиной девушки раскрылись черные крылья, ослепительно сверкающие золотом на концах и она вознеслась вверх. На фоне заката ее перья казались острыми клинками. Сирин смотрела вдаль отрешенным застывшим взглядом.
Он понял, что за этим последует. Дел, наконец, свел воедино рассказы бабушки, данные ТопКС о райских птицах и способность применять магию там, где другим она недоступна. Перед ним была Серена – Дочь Смерти из древних религиозных трактатов грифонов. Стоит Энии запеть, как сила разрушения возьмет свою плату. Может одну жизнь, а может и все. И он ничего не мог с этим поделать.
Над землей пронесся ветер, принеся запах влаги, как перед грозой. Голос Сирина зазвучал в наступившей тишине. Звук, льющийся над ними, был нежен и преисполнен грусти.
Лицо Энии, словно высеченное в мраморе, с земли смотрелось маской. В умиротворенной улыбке не осталось ничего от знакомой ему девушки. В глазах плескалась беспросветная печаль, будто она никогда не знала человеческой радости. Она выпустила тьму небытия, непостижимую, вечную и позвала туда, где нет боли и страданий, только покой.
Тьма скользнула мимо Аделарда, коснулась биоконструктов, и на его глазах, измененные обратились прахом. А ветер, с запахом моря подхватил его и унес, уничтожив следы существования противоестественных природе существ.
Магия Сирина отступила. Эния плавно коснулась земли, и мир снова начал движение. Оглушенные и сбитые с толку, члены его отряда не спешили опускать оружие. Они настороженно смотрели на новую угрозу, в лице той, ради кого их направили сюда. Дел успел заметить промелькнувший страх на некоторых лицах.
Те, агенты, что уже оправились от потрясения, обернулись к нему. Все верно, в отсутствие Амареля он их командир. По инерции Дел направил свою силу на считывание эмоций вокруг и с удивлением обнаружил, что впервые может заглянуть под щит девушки. Мельком коснувшись ее чувств, он расслабился.
Сила Серены не сделала Эньку бессердечным чудовищем. Девушка испытывала глубокую печаль, пустоту и одиночество. Она не винила мужчин за их недоверие. От ее смирения Аделарду стало не по себе, и он поспешил прервать затянувшуюся немую сцену:
– Ну чего уставились? – как можно более беззаботно обратился он к своим бойцам. – Скажите спасибо Серене, что выполнила нашу работу, и шевелитесь. Поищите какой-нибудь безмагический источник света и соберите раненых.
Агенты засуетились, выполняя приказ. Эния отмерла, и до парня долетел ее страх. Не за себя. Девушка боялась узнать, что смерть забрала Амареля. Аделард в полной мере разделял ее чувства.
– Рель, зараза такая, выживи, а…. – Думал он, уже направив силу на поиск чувств эльфа и делая шаг в его сторону. – Пусть ему будет больно и п* ец как херово, главное, чтобы в нем еще теплилась жизнь!
В зашкаливающем вокруг эмоциональном поле, он не сразу отыскал знакомый вкус эмоций Амареля и испытал невероятное облегчение. Его друг был жив. Слегка дезориентирован, ошарашен увиденным, но кажется, цел! В два прыжка Дел преодолел разделяющее их расстояние и увидел, как Рель с трудом приподнимается, опираясь на локти.