Но мои фантазии с ее участием длились не долго.
- Миш, варенье… - проговорила Маша.
Я не сразу понял, что она имеет в виду.
- Черт! – я быстро поднялся с кровати и посмотрел на разлитое варенье. Видимо, когда я потянул ее к себе, открытая банка опрокинулась.
Маша тоже встала и, выдохнув, произнесла:
- Это месть за сожженное полотенце?
- Нет, я не специально, - я посмотрел на бежевое покрывало, оценивая ущерб, и попытался успокоиться, потому что если бы не этот инцидент, то, наверное, остановился бы на последней своей фантазии и забил бы, что в соседней комнате ее мама. Я вообще не стеснительный.
Я взял банку, завернув в полотенце, а Маша сгребла покрывало так, чтобы варенье не пролилось на ковер.
- Так, идем в ванную, - скомандовала она. - И давай свою футболку.
- Да я сам постираю, я пошутил.
- Нет, снимай, - уперлась Маша.
Я решил не спорить, снял футболку и поплелся с Машей в ванную, помогая открывать двери. По пути до ванной из комнаты выглянула Лариса:
- У вас все нормально? – спросила она, разглядывая нас. Наверное, пыталась сообразить, что произошло. Интересно, и какие у нее варианты? Мне стало смешно. Полураздетый я, сдерживая смех, переглянулся с Машей, сжимающей покрывало. Она тоже поняла нелепость ситуации и засмеялась.
Лариса, так и не дождавшись ответа, хмыкнула что-то вроде: «Ну ладно» и закрыла за собой дверь. Когда испачканные вещи крутились в барабане стиральной машины, я надел Машину футболку и направился в прихожую.
- Не уходи, - произнесла Маша, наблюдая, как я завязываю шнурки.
- Эй, девушка, что за сопли? – я посмотрел на ее разочарованное лицо.
- Можно посмотреть фильм какой-нибудь, - предложила она.
Я вздохнул. Только казалось, что я понимаю ее мысли, а вот сейчас конкретно не понимаю. Что она от меня хочет?… И решил озвучить все вслух:
- Во-первых, у меня свидание, если ты не забыла, - кстати, я так и не позвонил той девочке. - А, во-вторых, если я останусь, то мы точно не останемся друзьями. А ты, вроде бы, влюблена в Андрея? – надо ей напомнить, пока она не переключилась на меня.
- Да-да, - она мило улыбнулась и перевела тему. - На тебе эта футболка лучше смотрится, чем на мне.
- Ты в ней тоже очаровательна. Потом верну.
Вечернее свидание показалось пыткой. Девочка оказалась очень нудной, что я уже начал жалеть, что не остался с Машей. Лучше бы облизывал ее сладкие пальчики от варенья, чем сижу, пью пятую кружку кофе, чтобы не уснуть от скучных рассказов о модных шмотках. Почему моя сегодняшняя подружка решила, что я знаток в этой теме – непонятно. Надо было не переодеваться, а появиться в футболке с рекламой корма для кошек, может, девушка сочла бы меня за ненормального, безвкусного и сама бы свалила…
На неделе и Маша меня не радовала. С понедельника пристала ко мне, пытаясь затащить в субботу на спектакль по Шекспиру. Вежливо сопротивлялся, ведь не могу так просто бросить занятия, да и у Андрюхи день рождения в этот день, и я не теряю надежды оказаться в списке приглашенных. Но даже эти весомые аргументы не удовлетворили Машу, словно, я ей чем-то обязан. И это начинает злить. Вроде бы и отношений у нас с ней нет, но у меня возникает ощущение, словно я женат и всеми моими планами распоряжается жена. Помимо того, я не люблю спектакли, и она вполне может найти какую-нибудь подружку – фанатку Шекспира, если ей так не хочется идти одной. До четверга она меня уговаривала, а в пятницу видимо окончательно надулась, что не пришла на тренировки, и на мое сообщение: «Ты почему не в тренажерке?» - ответила: « Я сегодня занята». На вопрос: «Чем?» - так и не ответила. Ладно, пусть отдохнет от меня, того и гляди, обида пройдет сама.
На день рождения Андрея приглашения так и не поступило, но в субботу после обеда прикатил Тимоха, уверяя, что именинник будет рад, если я приду, просто из-за гордости молчит. Я до последнего сомневался, стоит ли там появляться, но решил, что если Тимоха прав, неуважительно будет не прийти. Еще Тимофей настаивал на том, чтобы я показал ему свою девочку. Не знаю, что я ему наплел про Машу в пьяном состоянии в Москве, но он был уверен, что у меня тоже есть постоянная подруга. Объяснять наши отношения не хотелось, и я сказал, что мы в ссоре, и, отчасти, это правда.