Я усмехнулся сам про себя, прижался к дверному косяку и сложил руки на груди. Не нужно заходить и играть с огнем. О чем думает Маша? Подозреваю, о чем угодно, но точно не о сексе со мной, поэтому она спокойна и не боится.
- Маш, забирайся под одеялко, устраивайся поудобнее, и я выключаю свет. Вот ключи, - я достал их из кармана и кинул ей. Она поймала их и посмотрела на меня с какой-то грустью в глазах. - Входная дверь захлопывается, это к сведению. Ключи завтра отдашь, - проинструктировал я ее.
- Может, это странно прозвучит, но я хочу, чтобы ты остался, - произнесла она, сжимая в руке ключи.
Нет! Она точно подсознательно надо мной издевается. Меня это бесит, но я не друг ей. Ничего не могу с собой поделать, есть то, что сильнее меня.
- Маш, если два человека противоположного пола надолго оставить в одной комнате, то в скором времени… - я замолчал, не стал продолжать, лишь улыбнулся. Надеюсь, она хоть меня понимает, не маленькая.
Она немного смутилась.
- Ничего не будет, мы же этого не хотим, - может быть, она больше меня понимает. Она-то думает головой. Но кто-то не хочет, а кто-то хочет. Надо было взять номер той танцовщицы из клуба «Чертова дюжина», которая похожа на Машу, на тот случай, если относительно настоящей Маши будут появляться подобные мысли.
- Как у тебя это получается? – спросил я с улыбкой. Действительно, не понимаю, как она уговаривает меня на то, на что бы я не решился, и в чем не несу отчета за свои действия.
- Я не поняла, что «это», поэтому отвечать не буду, - где-то я уже это слышал, когда-то сам ей так ответил.
- Ладно, Кузина, твоя взяла, - я погасил свет. Надо было сразу уходить, а то сам буду виноват.
Пока глаза адаптировались к темноте, понял, что Маша перелезла с края кровати под одеяло. Я прошел в комнату и присел на то место, где только что сидела она.
- Колыбельные петь не умею, зря пообещал, страшные истории знаю только из репертуара «Короля и шута», - сказал я, разглядывая Машу, которая натянула на себя одело и положила руки под голову. Они с Андреем просто идеально дополнят друг друга, если учесть его нежелание оставаться одному.
- Расскажи что-нибудь, - произнесла она.
Тут я понял, что в голове только две мысли: первая, что я хочу ее, и вторая - как прогнать первую мысль.
- Я плохой рассказчик сегодня, давай лучше ты. Может, у тебя есть какие-нибудь секреты?
- Ладно, - сказала Маша. - Есть кое-то, что я тебе не рассказывала.
- Интересно, - я наконец-то решил немного расслабиться и лег на кровать поверх одеяла, закинув руки за голову. Кровать большая, между нами еще три Маши влезет, а я устал от напряжения.
- Помнишь, я как-то позвонила тебе и задала странный вопрос про Барни Росса? – спросила она, когда удостоверилась, что я улегся.
- Ну, и? - отозвался я, закрыв глаза.
- У меня тогда была высокая температура, и приснился очень реалистичный сон, что ты пришел ко мне… Только не смейся, - предупредила она. - Лег со мной…
- Значит, я тебе снюсь? Так-так, заинтриговала, - пошутил я.
- Обнял и рассказывал про этого боксера, - закончила Маша.
- Даже обнимались, - удивился я. - Вот ты мне про него и расскажи. Что я там тебе наговорил?
- Не помню, но на утро я нашла в интернете его историю и поняла, что я ее уже слышала. Странно, да?
- Ну, может быть, правда слышала, просто не помнишь, - я закрыл глаза, как бы не уснуть. Вообще, мы с Машей уже успели поспать вместе, когда она уснула у меня. Тогда я относился к ней, как к сестренке. Тоже, конечно, заигрывал, но это не в счет.
- Миш, расскажи про бывшую Андрея, Людмилу, - сказала Маша, развеяв мои мысли.
- Зачем тебе? – спросил я. Ее интерес понятен, но не хочу говорить о ней.
- Просто думаю, смогу ли я ее заменить?
- Маш, не нужно никого заменять. Каждый человек хорош тем, что он вносит в жизнь что-то новое и уникальное. Станешь для Андрея особенной и неповторимой Машей. Не думай о ней.
- Чем она понравилась тебе? Как так получилось, что вы оба с ней… - она замолчала, а потом продолжила, - встречались?
- Тебе что не спится? – я развернулся и посмотрел на нее. - Спи, давай.
- Ты увиливаешь от ответа, - поймала меня Маша. Что же? Придется поделиться откровениями о моем самом некрасивом поступке.