- Я не для тебя, Маш, - перебил её я, а потом решил высказаться, убедившись, что нас не слушают за соседними столиками. – Я не понимаю тебя сейчас. Что ты от меня хочешь? Научить меня, как правильно жить? Так вот, если тебя что-то не устраивало в твоей жизни, и ты захотела измениться, то меня все устраивает. Я знаю, чего и когда хочу. Еще я разделяю чувства и просто физическую потребность. В конце концов, я свободный человек, и никогда никого не принуждаю. Если девушки на меня сами ведутся, уж простите… Значит дело в вас, а не во мне. Хотя, врать не буду, у всех есть свои слабости. Ты любишь проводить время с разными книгами, а я с разными девушками. У тебя их много, у меня тоже!
Маша молчала, а я понял, что никак не могу успокоиться и несу все, что приходит в голову, даже не думая о том, что не все нужно озвучивать вслух. Смотрю на нее, понимая, что все еще безумно хочу ее, но она затронула больную на сегодня тему. Еще понял, что меня бесят ее слишком скучные жизненные принципы. Она не может даже расслабиться, позволив хоть немного насладиться жизнью и сделать что-то из ряда вон выходящее. Она просто боится того, что не вписывается в рамки. Не уверен, что на самом деле она такая уж святая. То, что у нее был один только парень и она хочет любви до гроба просто делает ее наивной, полагающей, что в жизни бывает все, как в сказках. А я устал быть с ней хорошим. Может, Мила во всем права, каждое ее слово обо мне не пустое. Просто я сам боюсь это признать и таким себя не вижу. Сущность всегда проявляется со временем. Наверное, не нужно было начинать этот разговор, не нужно было идти к Маше сегодня. Надо было спокойно утопить свое горе в рюмке, чтобы никого не обижать и не вести бессмысленные озлобленные монологи. Но сейчас смесь желания к Маше с попыткой доказать ей теорему, какой я полноценный гад, родила еще одну навязчивую мысль. Подло показать Маше, что она тоже не ангел.
- Давай кое-что проверим, - я встал со стула и, схватив Машу за руку, поднял перед собой. Она испуганно взглянула, даже не представляя, что я хочу сделать. Но я твердо решил, что хочу выяснить одну деталь.
Я быстро обхватил ее и прижал к себе, не давая даже малейшей возможности увернуться и времени на раздумья. Перебравшись руками на ее лицо, крепко удерживая ладонями, жадно поцеловал, исключив из поцелуя любую нежность. Осталась только накопившееся желание и дикая страсть, которая так же не давала мне покоя. Я так давно хотел это сделать, что осознание того, что я ее целую, опьяняет. Сводит с ума и то, что она отвечает на поцелуй, хотя, я на это и рассчитывал. Она не сопротивляется, позволяя целовать ее так, как я этого хочу. До нехватки воздуха и головокружения. Ее руки плавно перебрались на мою спину, и я расслабил хватку, понимая, что она никуда не денется. Думал, что уже не смогу остановиться, но окружающий шум настиг в виде детских смешков, восхищенных фраз с аплодисментами и возмущенных возгласов других. Кажется, равнодушных нет…
Пересилив себя, оторвался от ее губ и отпустил ее. Я не хотел смотреть ей в глаза, потому что сделал это с гадкой целью. Маша тоже на меня не смотрела. Мы оба тяжело дышали, пытаясь восполнить нехватку кислорода.
- Все, концерт окончен, - сказал я недовольным мамочкам через стол от нас, хотя мне абсолютно безразлично, что их дети увидели, как кто-то неприлично целуется в общественном месте.
- Супер, ребята! – раздалось с другой стороны от подростковой компании. Я даже не стал смотреть на них. Надавил немного Маше на плечи, и она послушно опустилась на стул, даже не пытаясь на меня посмотреть. Понял, что меня бесит все. Эта обстановка, эти люди вокруг, это навязчивое и всепоглощающее желание к Маше, вся эта ситуация и то, во что все превратилось. Я наклонился к Маше, откинув пряди волос с ее плеча, чтобы она меня слышала. Нас трясло обоих, не знаю, кого сильнее. Не знаю даже, что она думает или испытывает. Я решил договорить все, что начал.
- Ну и где твоя мораль? – произнес я ей на ухо, борясь с учащенным дыханием. - Как же твои чувства к Андрею, Маша? Забыла уже о нем? – мне кажется, мы оба о нем забыли. Я продолжил: - Я знаю, что ты ко мне испытываешь. Сложно не заметить. Только хочу тебя сразу предупредить, чтобы ты потом не ревела в подушку: если ты хочешь большой и светлой любви, то это не ко мне, пожалуйста. Не требуй невозможного от людей, если ты заранее видишь, на что они способны, а на что нет. Так проще живется.
Я замолчал. Случайно краем глаза заметил, что через пару столиков от нас прошла Кира. Та самая Кира, за которой я якобы убежал от Маши. Я проследил взглядом за девушкой, которая присела за стол, аккуратно поставив поднос. Показалось, что Маша тоже ее заметила.