Хотелось закричать: «Миш, я люблю тебя! Неужели, ты не видишь и не чувствуешь? Скажи, ты любишь меня?». Но я молчала, потому что никогда не решусь его об этом спросить. Наверное, если бы он любил меня, то сам бы это сказал. Я не могу забыть его слова, брошенные вчера в порыве гнева. Он предупредил, чтобы я не требовала от него невозможного.
Как только мы въехали в город, на первом же светофоре Миша посмотрел на меня и улыбнулся. Иногда его улыбка сбивает с толку, особенно когда она не очень уместна.
- Маш, перестань меня разглядывать, - произнес он достаточно мягко и добавил, - я все обдумал.
- И что? – спросила я, пытаясь сохранять спокойствие.
Загорелся зеленый свет, и Миша поехал дальше.
- Маш, я очень хорошо к тебе отношусь. Ты мне очень нравишься. Рад, что познакомился с тобой… Честно, я не хотел уже, чтобы вы знакомились с Андреем… Но раз так сложилось, не хочу быть помехой. Я не враг ни тебе, ни Андрею.
Почувствовала, что сейчас расплачусь. Я ведь еще ничего не должна Андрею! Пообещала с ним встретиться в ночном клубе, но я могу туда не приходить! Что бы я с собой ни делала, в мире много девушек в тысячи раз лучше меня, которые спят и видят рядом с собой таких принцев, как Андрей. Но дело не в этом… Понимаю, что Мише я точно не нужна, он не лгал вчера. Если бы он любил меня, то никогда бы не отдал Андрею. Все его фразы – просто стандартный набор, который произносят, когда не испытывают ничего, кроме хорошего отношения.
Тем временем Миша продолжал:
- Знаю, что сейчас запутал тебя, но ты должна проще ко всему относиться. Мы давно вместе, привыкли друг к другу. И страсть – это побочное действие дружбы между мужчиной и женщиной. У тебя, может, не было такого опыта, у меня раз двести такое бывало. Не воспринимай все слишком серьезно, чтобы не думалось. Ладно?
- Я поняла, - сказала я, ощущая ком в горле. Ну, конечно, Машенька! О чем ты только думала, когда позволяла себя целовать и трогать? Хорошо, что хоть вовремя сказала: «Нет».
Мы подъехали к моему дому, и я мечтала поскорее скрыться в своей комнате, чтобы остаться одной. Кажется, вчерашняя ночь не изменила меня. Потому что сегодня я опять буду реветь.
- Подожди, - сказал Миша, прикоснувшись к моей руке. Я ее одернула, но не стала выходить из машины. - Маш, я же вижу, что ты расстроена. Знаю, ты живешь немного в другом мире. Но так бывает. Сейчас твоя задача не думать о том, что между нами произошло. Считай, что ничего не было. Уверен, что после того, как ты проведешь немного времени с Андреем, ты опять в него влюбишься. Ну, а я всегда буду рядом, готовый прийти на помощь в любой момент. Не молчи только сейчас, пожалуйста.
- А что сказать? – произнесла я. Его речь звучит, как прощание.
- Я бы обнял тебя, но не буду, - он улыбнулся, стараясь выглядеть дружелюбно. - Знаешь, что у нас с Андреем вечная проблема западать на одних и тех же девушек. Я хочу навсегда выбраться из этого треугольника. Помнишь, в тот день перед аварией, мы сидели в кафе и радовались тому, что остались друзьями? – он дождался моего кивка и продолжил. - Давай забудем все, что было после и закончим на той же ноте?
Что он хочет от меня услышать? Я не буду устраивать треугольники. Никакие… Я не смогу быть с Андреем. Сейчас это моя единственная мысль.
- Хорошо, - через силу произнесла я и постаралась улыбнуться.
- Вот и отлично. Ладно, еще увидимся, - попрощался он.
Я вышла из машины, бросив на прощание «Пока!». Хотелось сказать: «Прощай», но я знаю, что еще не раз его увижу. С трудом дошла до подъезда. Слезы не удержались в глазах и потекли по щекам. Кажется, хватит уже плакать… Но я не могу остановиться. Вчера думала, что хуже быть не может, что сегодня все пройдет. Но сейчас мне еще хуже, еще больнее, еще обиднее и ничего не прошло. Я долго стояла, прижавшись к стене спиной, пытаясь прийти в себя и успокоиться. Помогла пожилая соседка, которая открыла дверь подъезда и зашла внутрь, сразу подметив мои слезы.
- Из-за жениха что ль ревешь? – спросила она, хотя, это и так понятно. - Да не реви! Свет клином на нем что ль сошелся? Другого найдешь, - после этих слов она прошла мимо меня, поднялась по лестнице и скрылась за поворотом, продолжая что-то причитать себе под нос.