Андрей косился на меня, и в скором времени не выдержал:
- Ты что-то побитый и не в духе, - начал он.
- Кто мне еще скажет, что я побитый? А то я не знаю… - я смотрел на дорогу, прибавляя скорость, подавляя в себе агрессию, возникшую к другу. Чуть не пропустив нужный поворот, резко вывернул руль, чтобы в него вписаться.
- Полегче на поворотах, - произнёс Андрей. Наверное, надо успокоиться. Думаю, вряд ли Андрей любит скорость после того, что с ним случилось. Я спокоен. Спокоен. Только и остается убеждать себя, поглядывая на падающую стрелку на спидометре.
- Где твоя девочка? – решил спросить я. Интересно всё, что он про неё скажет. Наверное, я сдамся только тогда, когда пойму, что Андрей настроен на Машу серьезно, а не планирует лишь поиграть.
- Приедет сама. Она пока меня немного боится, как мне кажется. Не хочу настаивать на чем-то.
- А не боишься её со мной знакомить? – не унимался я, замечая, что бессознательно опять набираю скорость.
- Нет. Ты её просто не знаешь. Она не Мила или кто-то вроде. Она другая, совершенно другая… - протянул Андрей. - И именно это заставляет в неё влюбляться все больше.
- Прям настоящая любовь? Милу ты тоже любил.
- Ты меня подкалываешь?
- Нет, пытаюсь понять, что же такое любовь. Ты кричал, что любишь её, и вот любишь другую, - хотя я сам прошёл по той же дорожке. Только друг об этом не знает. Может, ответы друга помогут и мне разобраться в себе.
- О, Миха заговорил о любви. Наверное, какая-то девочка отказала, и у него депресняк, - усмехнулся Андрей. Почему-то его шуточки не кажутся смешными, а он продолжил. - «Что есть любовь? Безумье от угара. Игра с огнем, ведущая к пожару.»
Ненавижу стихи. Ненавижу Шекспира. Ненавижу эту манеру Андрея говорить не своими словами.
Я опять разогнался. Стрелка зашкаливала за сто сорок, и я не хотел менять скоростной режим. С трудом краем глаза уловил девушку, которая переходила дорогу по пешеходному переходу. Я резко ударил по тормозам, и машина с сильным визгом остановилась в нескольких сантиметрах от неё. Она с ужасом посмотрела на нас, разглядывая за лобовым стеклом наши лица. Я сам испугался, ощущая каждый удар сердца. Заметь её чуть позже, на такой скорости я бы точно её сшиб.
Андрей промолчал. Видимо, он пребывал в таком же шоке, как и я.
Девушка поспешила убежать с дороги, что меня порадовало. Не хотелось бы разборок на ночь глядя. Я посмотрел на Андрея, пока пытался вернуть себе самообладание и поехать дальше. Надо взять себя в руки, пока все живы и никто не пострадал.
- Слушай, мы давно не общались. Ты куда-то пропал последние дни. Что с тобой происходит? – начал Андрей серьезным тоном.
- Всё в порядке, - пробурчал я.
- Не всё в порядке, я тебя знаю. Ты редко похож на неадекватного психа, каким являешься сейчас.
- Я адекватный, - важно чаще произносить это вслух.
Мы подъехали к ночному клубу «Z-top». Именно здесь я впервые увидел Машу. Она была в красном платье. В красном.
Клуб встретил громкой музыкой, мелькающим светом и дурманящей атмосферой. Я всегда любил ночные клубы. Казалось, это рай с дьявольскими соблазнами. Постоянно появлялись какие-то девочки, знакомые и незнакомые. Одна перспектива заполучить «новую жертву» доставляла удовольствие. Сейчас нет желания веселиться и настроения с кем-то знакомиться. Будто это не я. Кто мне ближе? Тот пустоголовый идиот, который не задумывался о будущем, прожигал свою жизнь, даже чего-то достигал в начале, но чувствовал себя счастливым и беззаботным? Или этот недоброжелательный негативный и агрессивный неврастеник, которому ничего не в радость от того, что он слишком тщательно, как под микроскопом, пересмотрел эту жизнь? Они оба меня раздражают, а я потерялся где-то между.
В клубе уже были парни из салона Андрея, которые сидели с какими-то девушками, вроде, тоже оттуда же. Они были рады видеть Андрея. Все улыбаются, поздравляют его с выпиской из больницы. Сколько теплых слов и искренних улыбок. Сразу подошли официантки, тоже улыбаются Андрею. Давно он не заходил. Все его любят, все его обожают, всегда и везде ждут с распростертыми объятиями. Свой, куда ни плюнь. Он всегда к этому стремился, он этого достиг. И эта авария словно нужна была ему для того, чтобы все ждали его возвращения, в очередной раз заставляя прочувствовать свою значимость.