Я ещё раз оглядела родственников Андрея. Они по-своему интересные, их манеры, жесты, разговоры, отдельные фразы, атмосфера высшего общества без лишнего пафоса. Если Мишины родственники как-то быстро меня приняли, даже учитывая то, что мы их обманули… То сейчас кажется, что каждый разбирает меня на атомы и молекулы. Опять же стоит сослаться на то, что это кажется из-за волнения… Или всё просто по-настоящему? С Мишей мы играли, и знакомство с его родителями для меня якобы было фальшивой репетицией… Только они стали частичкой моей жизни, моих воспоминаний. Я посмотрела на бледного Альберта, который казался каким-то забитым и трусливым, и вспомнила неугомонного племянника Миши – Диму. Наверное, я скучаю по этому маленькому малышу, который мечтает стать боксёром и хорошо знает английский в четыре года. Тогда об этом не думала, даже не было ни намёка на эту мысль. Но сейчас представила, что хочу такого же сына…
Боже! Вот это меня понесло! Никогда раньше не думала о детях… Да и захотелось стукнуть себя чем-нибудь потяжелее, чтобы не думать о маленьком кареглазом сыночке, когда у меня голубоглазый жених… Громко сказано, что жених, но всё к тому и ведётся… Скоротечность событий пугает. Ощущение, что наша с Андреем свадьба будет на днях, и мы уже планируем свою семейную жизнь, хотя, едва знакомы… Словно, вердикт будет вынесен сегодня после ужина. И если на общем семейном голосовании меня одобрят в невесты, то остальное организуют, как по взмаху волшебной палочки. Идеальная сказка, но в жизни это как-то ненормально выглядит.
- Маша, какие планы после окончания университета? Чем хочешь заниматься? – из мыслей меня вытянули вопросы Валерия Альбертовича. Такие, я бы сказала, очень серьёзные вопросы.
Я ненадолго растерялась, пытаясь сказать что-то… Наверное, самое худшее в человеке – это отсутствие цели, когда никуда не стремишься, не пытаешься чего-то достичь…
- Хочу стать переводчиком, - уверено ответила я. До этого момента я боялась думать о своей дальнейшей жизни, теряясь в догадках, чем буду заниматься, когда закончу университет. И этот вопрос заставил меня подвести черты под своими планами, словно, каждое сказанное сейчас слово нельзя будет отменить или забрать назад.
- Не плохо, - отец Андрея внимательно смотрел на меня сквозь стёкла очков, подготавливая очередной вопрос. – В России хочешь работать или за границей?
- Лучше бы остаться в России, но и за границей хотелось бы пожить, - честно призналась я. Это те мои мечты, которых я всегда боялась.
- Такая работа и семья между собой не очень сходятся, - Валерий Альбертович говорил со мной так, словно мы наедине. А точнее, ощущение, что я пришла на собеседование. И в каждом его вопросе гораздо больше, чем может показаться. По каждому моему ответу он строит психологический портрет, пытаясь понять, что я за человек. – Что для тебя важнее в жизни: семья или карьера? – я ожидала этот вопрос, напрашивался после предыдущего предложения.
- Семья, - решительно произнесла я. – Но хотелось бы найти себя и в профессиональном плане.
Он немного помолчал, видимо, делая мысленные зарисовки после этого ответа.
- На сколько процентов из ста ты оцениваешь свои шансы стать успешным переводчиком? – спросил он, как истинный руководитель. Наверное, он привык проводить собеседования.
- Девяносто девять из ста, - я постаралась придать голосу твёрдость, а так же улыбнуться. Конечно, я ни в чём не уверенна, но знаю, что если стремиться к желаемому, то на отрицательной стороне останется только один процент, который прячет мои постоянные страхи и сомнения в себе.
- Хороший процент, - он довольно улыбнулся. - Возможно, у меня появятся для тебя предложения.
- Так, кажется, мне надо вмешаться, - произнёс Андрей, поглядывая то на меня, то на отца. – Ты не в Германию её собрался забрать?
- С переводчиком было бы гораздо удобнее, - он задумался.
- Валер, отстань от девочки. Ей ещё мало лет, успеет наработаться, - в разговор встряла Анастасия Владимировна… Да, если подумать, как-то всё странно складывается… Словно отец Андрея хочет предложить мне работу в Германии.