Выбрать главу

Я подняла глаза и посмотрела на него. Он злится? Расстроен?

- Прости меня, - прошептала я. – Я всегда всё порчу.

- Тебе не за что извиняться. Маш, всё хорошо, - он опять улыбнулся, притягивая меня к себе. – Я не хочу заставлять тебя. Всё понимаю, - вроде, он искренен. – Ты ничего не испортила. Сегодня хороший день.

Андрей вызвал такси и уже через десять минут мы ехали на Вишнёвую улицу. Мы поглядывали друг на друга в такси. И я понимаю, что чем больше хочу стать ближе ему, тем больше отдаляюсь. Андрей держал меня за руку, больше не пытаясь меня обнять или поцеловать.

Мы подъехали к моему дому, и Андрей помог выйти из машины.

- До завтра, - сказал он.

- До завтра, - я постаралась улыбнуться. Ощущение, будто мы прощаемся. Что это уже всё, конец. От этой мысли стало грустно.

Перед тем, как зайти в подъезд, я взглянула на него ещё раз, он помахал рукой и улыбнулся:

- Спокойной ночи, Любимая.


Я могла остаться с Андреем… И, может быть, всё бы было по-другому. Но я опять сбежала, можно сказать.

Я поднялась с кровати и посмотрела время на телефоне. Прошло больше получаса, а я всё не могу уснуть… Что-то не так со мной. Понять бы, откуда растут ноги моих переживаний.

Дождь всё стучал по подоконнику. А я достала из шкафа кофту на пуговицах и натянула на себя. Немного поёжившись от холода, отправилась на кухню. Поставила греться чайник и включила телевизор. Кроме музыкального и спортивного каналов, смотреть нечего. Обнаружив, что на одном из них бокс, я не стала переключать. Я скучаю по Мише и по времени, что провела с ним. Мне не хватает всего, что было с ним. Это была моя настоящая жизнь…

«Маш, я не хочу, чтобы ты обманывала нас всех. А главное – себя. Ты же всегда была борцом за настоящие чувства и любовь… Что с тобой стало? Решила стать бесчувственной расчётливой куклой?» - вспомнились слова Миши.

Почему-то именно куклой я себя и ощущаю. Пластмассовой и безликой, пустой. Андрею кажется, что у меня есть душа и я особенная. Но у меня её нет, не осталось. Или в ней всё настолько заполнено другим человеком, что Андрею не могу найти даже маленького места. И это меня раздражает в себе. Я по-прежнему трусливая Маша. Знаю, что своим признанием задену чувства Андрея, но ещё хуже обманывать всех. И себя, как сказал Миша. Он знает меня лучше, чем кто-либо другой. И был прав в тот момент. Только почему он решил всё это мне сказать? Сразу понял, что из наших с Андреем отношений ничего не выйдет? Или, всё же, сам чувствовал ко мне что-то?

Только он бы сказал. Он не боится говорить всё так, как есть.

Раздался свисток на чайнике, и я вздрогнула.

Надо прекращать всего бояться. Я сама распоряжаюсь своей жизнью. Никогда не узнаешь, как правильно, пока не попробуешь как-нибудь. Что бы не шептал разум, сердце не обманешь. Не надо держать Андрея, не надо чувствовать себя виноватой за то, что не можешь полюбить. Надо отпустить его. Всё было с самого начала ошибкой. Надо жить не сказками, не создавать иллюзорный мир, а твёрдо понимать, что на самом деле тебе нужно. Вот только тогда будешь по-настоящему счастлив. Сказки имеют обыкновение заканчиваться там, где начинается настоящая жизнь.

Я налила себе чай и погрела руки о кружку. Странное ощущение холода. Словно он внутри меня. Потому что в квартире достаточно тепло.

Взяв из конфетницы несколько разноцветных драже, положила их на стол. Из динамиков телевизора раздавался голос диктора, комментирующего бой. Но я не понимала ни слова, будто он говорит на незнакомом языке. Я стала перекатывать драже по столу, меняя местами. Это помогает успокоиться.

Всё можно поменять местами… И себя, в том числе, передвинуть туда, куда больше всего хочется…

Я вздрогнула. Показалось, что раздался стук в дверь. Почти три ночи! Кто это может быть?

Мне точно показалось…

Стук повторился.

Я дотянулась до пульта и выключила телевизор, прислушиваясь. Еще раз постучали.

В этот момент прокляла всё на свете, что теперь живу одна. Я же трусиха по жизни.

Нерешительно поднявшись с табуретки, побрела в прихожую на цыпочках, стараясь не шуметь и не выдать своё присутствие в квартире. Добравшись до двери, взглянула в глазок…

Этого не может быть! Это…