Собственно, это не всё, что ещё мучает. Я плохо помню, как у нас с ней всё было… И это даже расстраивает… Чёрт! Ну как же так? Прости меня, Маша…
Я опять посмотрел на неё. Надо вспомнить и это тоже. Я столько раз представлял секс с ней, что, боюсь, сейчас мозг выдаст не те картинки.
Машенька, это я был не в здравом уме. Как же ты согласилась-то?
Сказал ей, что люблю её. И она тоже призналась, что любит меня. Ну, кажется, для неё этого было достаточно, чтобы потерять голову. И из нас двоих никто не думал. Хотя, я вроде её отговаривал… Не отговорил.
Потом она призналась, что девственница. И… Вот тут надо было точно тормозить. Но нет же…
Знаю, какое она всему придаёт значение, в каком детском и сказочном мире живёт. Надеюсь, я хотя бы ничего не испортил? Я думал только о том, чтобы не сделать ей больно… Хотя, каждое движение причиняло боль мне. И, стараясь отключиться от боли, кажется, вообще от всего отключился. Но я помню, как Маша уходила в ванную… Значит, дело до конца я всё же довёл. Никогда не чувствовал себя так паршиво за проведенную вместе ночь с девушкой!
Маша зашевелилась, и я замер, стараясь даже не дышать. Кажется, я шумно это делаю.
Не знаю, как быть сейчас. В идеале было бы уйти, пока она спит… Но, во-первых, вряд ли получится уйти тихо, не разбудив её. И, во-вторых, это будет подло с моей стороны. Маша же накрутит себе столько всего, что я её с моста ловить буду. Хотя, уверен, она в чём-то сильнее меня. Может, даже психологически крепче, чем я, чтобы справляться с проблемами, не убивая себя. Как это делаю я.
Я выдохнул и попробовал приподняться на локтях. К счастью, получилось. Это радует. Значит, и на ноги подняться смогу.
Маша открыла глаза, пару секунд смотрела на меня, видимо, тоже не веря, что я реальный, а затем улыбнулась:
- Доброе утро, - тихо проговорила она, не сводя с меня глаз.
- Доброе утро, - сказал я, тоже стараясь улыбнуться. Надо убедить её, что со мной всё в порядке, хотя, сам в этом не уверен. – Как спалось, Матрёшка? – спросил я, стараясь дышать ровнее и улыбаться. Да и не хочу испортить такое прекрасное утро своими проблемами.
- Хорошо, - на лице промелькнули нотки смущения. – Это почему я Матрёшка?
- Видела у моей мамы на кухне на рабочем столе стоит большая матрёшка?
- Не помню…
- Ну, так вот, её лицо словно с твоего срисовали. Такое же круглое и с родинкой на том же месте. Как-нибудь обрати внимание, - может, лицо этой матрёшки и заставило меня искать похожую девушку? Этой вещице уже лет десять точно. Сначала попалась Катерина, теперь Маша… Во всём виновата мамина подруга, которая подарила маме этот сувенир? Бред. Но что-то в этом есть.
Маша ничего не сказала. Мы какое-то время продолжали смотреть друг другу в глаза. И первый эти гляделки оборвал я. В её взгляде столько нежности, любви, желания… И я чувствую себя даже виноватым, что вызываю всё это в ней. Как-то незаслуженно. Я только что и делал в последнее время, что пытался затушить в ней эти чувства, сам не зная зачем. Думал, что она мне не нужна. Но когда я остался без неё, мир почему-то опустел. И как-то странно, но рядом с ней я чувствую себя на самом деле целым.
Она немного приподнялась и подвинулась ближе. Одной рукой прикоснулась к моей щеке и осторожно погладила. Я закрыл глаза, стараясь насладиться её лёгкими, но приятными прикосновениями. Её пальцы кажутся ледяными, но так даже лучше. Почему-то подумал про первое утро с Милой. Наверное, этого мне и не хватило в наших, казалось бы, отношениях. Какого-то трепетного отношения друг к другу, нежности. Даже у меня это проявилось тогда, но должно быть взаимно. Не скажу, что я этого не боюсь. Не знаю, как объяснить, но знаю, что это и есть любовь. Происходит это лишь в нашей голове или такова природа Вселенной, но что-то между нами с Машей есть. Или она меня в этом убедила? В удивительной мистической связи, что, куда бы я не шёл, эта невидимая нить даже со дна реки достанет.
Я опять повернулся посмотреть на Машу. Тоже хочется к ней прикоснуться, изучать её тело кончиками пальцев. Но я не стал мешать ей.
- Болит? – она осторожно прикоснулась чуть выше шва над моим глазом и переменилась в лице. Сейчас она смотрела с беспокойством и заботой.
Я уже и забыл про глаз, учитывая, что сейчас меня беспокоит другое.