По дороге до зала бокса я молил, чтобы никто не попался на пути. Но, как назло, не повезло…
- О, Боже! Ты в порядке? - воскликнула Ирина и тут же подлетела ко мне. – Алинка сказала, ты у неё в медпункте спишь.
Видимо, не так уж белокурая медсестра и умеет хранить секреты.
- Я в порядке, немного перебрал вчера и подрался, - произнес я «своей будущей жене.» Черт, надеюсь, она не помнит про моё предложение?
- Ужас, - произнесла Ирина, а затем всё-таки вспомнила. – Миш, я тут подумала над твоим предложением.
- И? – спросил я, совершено не зная, что говорить ей, если она согласится.
- Я согласна, - она улыбнулась, а у меня внутри всё упало. Не ожидал я такого ответа. Как-то теперь неудобно забирать свои слова назад. – Миш, тебе нужен кто-то, кто за тобой присмотрит. А если уж не сложится, разведёмся. Да?
- Конечно, - как робот проговорил я.
Ирина прикоснулась к моей руке, надеясь на какую-нибудь мою реакцию. Но вот только сейчас я почувствовал, чем отличается любовь от всего остального. Маше я готов отдаться целиком и полностью, каждой клеточкой тела чувствую, как меня к ней тянет, как хочется стать для неё всем, целым миром, что даже семейная жизнь не пугает. И этого нет к Ирине. Ничего внутри не дрогнуло от её прикосновения. Я её не люблю…
- Ты во сколько сейчас с работы уходишь? Я в семь сегодня, - вымолвила Ирина.
А я стоял, как статуя. Не понимаю, что происходит. Я только что подписался на брак не с той девушкой, с которой бы хотел быть? И я ничего не скажу? Эээ…
- Я раньше, - я посмотрел на девушку. – Ириш, я сегодня домой. Неважно себя чувствую, надо отоспаться, - кажется, я и Маше то же самое сказал. – Давай завтра встретимся и всё обговорим?
- Я могу приехать к тебе после работы. Приготовлю поесть. Ты что-то совсем исхудал, - не сдавалась Ирина, она всегда была «занозой». Так, еда… Я ничего сегодня не ел. Но одно упоминание вызывает тошноту.
- Ириш, давай до завтра. Я сегодня не в духе. Созвонимся, - я поплёлся дальше по коридору, оставив свою «невесту» в недоумении.
Тихо зашёл в зал бокса и прошёл к Толику. Один из моих бывших учеников взглянул на меня, но даже не поздоровался. Кажется, меня здесь уже забыли.
- Что, совсем херово? – шепнул Толик.
- Что-то да, но я проведу сегодня последнее занятие, не переживай… Ещё стою на ногах, - да уж, стою.
- Тебя друг искал. Андрей, вроде, - сказал Толик, наблюдая за ударами ученика.
- Давно?
- В обед заходил. Сказал, что в пять ещё заедет.
- Хорошо, - я вздохнул. Как раз надо с ним поговорить, а то телефона нет. Что-то после успокоительных не могу собраться с мыслями. Не знаю, что скажу Андрею. Вряд ли он станет слушать нашу длинную историю с Машей, поэтому надо сказать как-то кратко… Ещё и умудриться сделать это так, чтобы он не схватился за ружьё и никого не пристрелил. Не могу даже предсказать его реакцию. Совершенно не знаю, как он всё воспримет.
Я просидел последнее занятие нового тренера, и Толик ушёл, оставив меня одного. Ещё полчаса до прихода следующего ученика. И я не знал, чем себя занять. В голове столько мыслей, но я даже не могу ни о чём думать. Я встал и прошёлся по залу, который за год успел стать родным. Мы привыкаем к вещам, к местам, к людям… И сложно терять то, что имеет для нас цену.
Открыл шкаф, разглядывая наличие своих вещей. Надо бы было всё забрать отсюда. Но нужны ли мне эти вещи? Собственно, ничего ценного. Записная книжка, старые перчатки, пачка чая, наушники… Снизу лежал яркий свёрнутый пакетик, в который завёрнут подарок Маши. Я нерешительно наклонился и взял книгу. Достав её из пакета, в очередной раз взглянул на название. Что же ты меня преследуешь, Шекспир? Я уставился на книгу, словно в ней какой-то ответ. Может, Андрей прав? Нам не нравится там, где просто. Нам нужна драма, нам нужна страсть, хочется почувствовать все возможные эмоции. Вот и добиваемся того, чего хотим. Сами устраиваем себе сложности.