- Спасибо, - я обняла маму, понимая, что она помогает лишний раз побороть мои сомнения.
- Маш, знаешь, этому миру всё равно на наши чувства. Однажды двое решают построить свой мир. И если ты счастлива в этом новом мире, сохрани его, а всё остальное – не имеет большой ценности.
Пока я ехала до «Спарты», думала о том, что сама когда-то пришла к выводу, что любовь исключает сомнения. Что же со мной? Почему целый день гоняю свои мысли из одной крайности в другую? Шестое чувство? Седьмое? Или паранойя?
Пока я шла от остановки до спортивного центра, поняла, что немного замерзла. Видимо, одета я все же не по погоде. Тонкая короткая куртка почти не греет, как и тонкие колготки и холодящая ткань платья… Но ни холод, ни лужи под ногами не портят этот мир. Что же ты делаешь с нами, весна? Или без любви весна – это просто время года, когда тает снег и появляется зелень на деревьях?
Мишу я чуть не упустила. Застала его спускающегося по лестнице. Он даже не смотрел в мою сторону, словно был погружён в свои мысли. Я вроде не ошиблась, у него сегодня ещё одно занятие. Куда он собрался?
Я прибавила шаг и окликнула его. Но он не слышал. Пришлось повторить, и наконец-то он остановился и повернулся.
Быстро направившись к нему, улыбалась во все зубы, радуясь, что наконец-то сегодняшнее испытание временем закончилось.
- Привет, - проговорила я на ходу, немного запыхавшись.
Он почему-то ничего не сказал, даже не улыбнулся. Выглядел он в сто раз хуже, чем утром. Даже его смуглая кожа стала казаться сине-белой…
- Что-то не так? – спросила я.
Он вздохнул как-то осторожно, словно ему тяжело дышать и посмотрел на меня с какой-то печалью в глазах. От его взгляда внутри всё подпрыгнуло и рухнуло. Сердце нервно заколотилось.
- Я собирался к тебе, - произнес он, но ни намёка на что-то хорошее. – Нам надо поговорить.
«Надо поговорить». Надо поговорить? «Надо поговорить» - разве с этого начинаются приятные разговоры?
- О чём? Ты рассказал всё Андрею? С ним всё в порядке? – выпалила я первое, что пришло на ум. Меня всю стало колотить, и не из-за холода.
- С Андреем всё хорошо, - сказал он как-то безэмоционально.
- Тогда дело в тебе? Ты заболел? Тебе плохо? – не сдавалась я. Боже, его вид меня пугает. – Я поеду к тебе и побуду с тобой сегодня. Никаких возражений, - я осторожно прикоснулась руками к его лицу. У него жар! Какая я дура, что отпустила его сегодня!
Миша обхватил мои руки своими и убрал их от лица.
- Маш, не надо.
Почему нет?
Он отпустил мои руки, убедившись, что я больше к нему не прикоснусь. Я уже боялась что-то произнести. Время окончательно остановилось. Оно умерло. Я смотрела на Мишу, пытаясь понять, что не так… Нет, нет, нет! Он не скажет, что я ему не нужна и нам надо расстаться… Он так не скажет! Дело не в этом…
- Я не сказал ничего Андрею, - начал он. – Он тебя любит, - последнее он произнес тихо, но я расслышала.
Мне не нравится эта фраза. Что она значит? Миша боится Андрея? Почему он ничего ему не сказал?
- А ты? – спросила я. Кажется, сейчас это единственное, что меня беспокоит. Я замерла, стараясь смотреть в его глаза.
- Это не имеет значения. Я много думал сегодня. Мы не расскажем ничего Андрею. И ты должна быть с ним. Ты этого заслуживаешь, а он заслуживает тебя, - выговорил Миша, расширенные зрачки делали его глаза безумными.
А я просто не понимаю, что это реально. Что он сейчас сказал?
- Нет, - выдавила из себя я. – О чём ты говоришь? Ты не думал меня спросить? Я не буду с Андреем. Я не хочу. Мне нужен ты.
- Не нужен я тебе! Я тебе НЕ нужен! – Миша даже повысил голос. – И ты сама пожалеешь, если останешься со мной.
- Я не пожалею! Прекрати! – не выдержала я, понимая, что стоит хоть немного расслабиться, и я не сдержу слёзы, которыми наполняются глаза. – У тебя жар и ты бредишь. Давай потом поговорим.
- Маш, никаких потом. Будет поздно. Андрей ничего не знает и никто ему не скажет. Ты останешься с ним, а я уеду. Дай мне только немного времени со всем разобраться, и я уеду из Нижнего. Я не буду вам мешать, - продолжил он начатое.
И его слова хуже ударов. Не он ли говорил, что люди в жизни привыкли бить словами? Кажется, это был первый удар, но я ещё стою на ногах.
- Куда ты уедешь? О чём ты? – проговорила я, не понимая, почему ещё не плачу.
- Все равно куда, лишь бы подальше отсюда. И я жалею о прошедшей ночи. Я был подавлен, ты не выходила у меня из головы… А потом эта твоя сорочка. Но ты должна понимать, что это просто мимолётное желание. Я проявил слабость, ты тоже! А что будет с нами дальше, ты думала?