Я смотрел на телефон, ожидая, когда звонок сорвётся. Надо делать вывод, что за все поступки людей надо платить им той же монетой. Никто не ценит хорошего отношения, никому даром не нужно твоё прощение. Если через тебя переступают, тогда надо сделать шире шаг и уйти.
Звонок прекратился, и я повернул ключ зажигания, намереваясь уехать отсюда. В новую жизнь. В ней обязательно будут люди, в глазах которых не будет лжи. И они станут настоящим подарком судьбы. Только надо их заслужить, разглядеть, вытянуть счастливый билет из тысячи фальшивых.
Но не успел я и тронуться с места, как опять раздался звонок. Раздражает даже мелодия на телефоне, кажется, каждый звук бьёт, как молотком, по голове, заставляя кровь в висках отбивать свой ритм.
Намного помедлив, я всё же схватил телефон и ответил, что не хочу с ней разговаривать. Она не понимает, что я чувствую? А что я чувствую? Ничего. Эти двое выскребли из моей души всё.
Но Маша не унималась. Опять набрала мой номер. Что ей надо? Что? Извиниться?
Я раздражённо вздохнул и опять ответил на звонок. Не хотелось разговаривать вежливо, и я даже дождался её жалкое: «Прости». Может, не стоит унижаться и просить прощения у того, с кем не считаешься? А ещё за то, что тебе весело с другим… Маша упала в моих глазах так низко, что ей никогда не подняться назад. И эти мысли о ней настолько отвратительны, что хочется быстрее забыть про всё это.
Высказывая всё, что крутится в голове, я не давал ей даже вставить слово. И её признание совершенно выбило из колеи: «Прости, Андрей. Но я люблю его.» Она подтвердила слова Маврина. Только зачем она мне это говорит? Сам уже догадался. Чего она ждёт? Моего прощения и благословения? Но она и не слушает то, что я говорю.
Её интересует, ГДЕ Миша?
Видимо, ей не так важно было извиниться передо мной. Она потеряла его! Не знаю, что меня заставило не сбросить вызов сразу. Может, её слёзы? Кажется, Маврин с ней тоже не особо секретничал, раз она названивает мне, чтобы выяснить, где он. И мне понятны её переживания. Потому что я сам был как на иголках из-за того, что моему лучшему другу сегодня выходить на ринг, а он явно не готов. И я видел его подбитый глаз, жуткое зрелище. Ещё один точный удар и он ослепнет. А тут никто не будет его жалеть, и это будет первый удар, который он получит от соперника. Но сейчас мне всё равно. Не знаю, откуда во мне столько ненависти, но это его жизнь! Он столько раз участвовал в боях, что должен давать себе отчёт, что может произойти. И я думал, Слепой на него давит, но, кажется, Маврин сам лезет напролом.
Маша умоляла меня сказать, где проходит бой. И её слёзы, её голос стали разъедать душу. И на какой-то момент я представил маленькую девушку в этом гадюшнике, и, кажется, понял, почему Маврин не сказал ей этого. Не знаю, какие у них отношения, но ей там нечего делать. Я уже ничего не смогу сделать, а её даже не пустят в этот закрытый клуб. Да и небезопасно это для неё. Так что она не получит от меня адрес. И это моё последнее слово.
Пожелав скорее закончить разговор, я наконец-то сбросил вызов и кинул телефон на соседнее кресло.
Маша переживает за него! Отлично! Должен же остаться в этом мире хоть один человек, которому всё ещё не плевать на Маврина. Только ощущение, что Маша ему не нужна… Всё, что он сказал о ней. Он хотел задеть меня, но незаметно для себя, выставил её с самой плохой стороны. Если бы речь шла о чувствах, вряд ли бы он позволил нам встречаться. Наверное, избил бы меня до полусмерти за любое прикосновение к ней, с пеной у рта доказывая, что любит её и это его девушка. Получается, это была какая-то очередная игра, как я и подумал ранее. Не исключено, что Маша влюбилась в Маврина, а он… Нет, я отказываюсь даже понимать его! Его поступки, поведение, слова – всё настолько не свойственно ему, что в последнее время я потерял в нём прежнего Мишу. Есть ли какие-то оправдания всему этому? Я не вижу.
Я наконец-то нажал на педаль газа и резко выехал с парковки клуба, стараясь сбежать отсюда. Наплевать на всё. У меня всегда был брат, пусть и не по крови. Теперь его нет!
Совершенно не обращая внимания на стрелку спидометра, я стал разгоняться, пролетая на загорающиеся красные огни светофора. За окном мелькнуло здание, где находится бойцовский клуб, с которого началась карьера Миши и в котором она закончилась… Потому что теперь всё стало иначе. Кажется, в этом мире не остаётся ничего светлого и чистого. Всё покрывается грязью, стоит лишь приоткрыть занавес и увидеть за внешним благополучием настоящую кухню. Тогда выхода два: разочароваться в жизни или стать одним из тех, кто скрывает от других истинную суть вещей.